В глубине Великого Кристалла. Все произведения цикла

Хотя, он еще не знал, что я сам плеснул на руку.

Меня опять досада взяла, прямо хоть плачь. Я говорю:

«А вот и нет. Мне все было по фигу… А много они за меня запросили?»

Он только хмыкнул:

«Да уж немало…»

«А ты долго торговался?»

«Недолго, — сказал он и, кажется, тоже рассердился. — Ровно столько, чтобы протянуть время. Чтобы Вадим успел…»

Тут я и услышал про Вадима. Как он спасал меня…

Вадим пришел на следующий день. Откуда-то он знал уже, что Костя сам ошпарил руку.

— Зачем ты так?

— Не знаю… Думал, все равно конец. Хотелось… ну, все разорвать, что ли…

— Наверно, не в этом дело, — сказал Вадим.

— Не только в этом, да?

Костя молчал.

— Кот… — сказал Вадим (он часто называл Костика именно так). — Если человека нет в списке погибших, есть еще шанс… Может, она просто не хочет возвращаться… пока…

— Почему?

— Откуда я знаю…

«Если жива и не хочет, это еще хуже», — чуть не сказал Костя и вздрогнул. Потому что нет, не хуже! Путь не возвращается, но лишь бы весточку подала…

И все же он не сдержал горечи:

— Улетела, как бабочка…

— Кот, — сказал Вадим.

— Давай договоримся. О матери — ни одного плохого слова.

— Почему? — сумрачно спросил Костя.

— Потому что это нарушение законов природы.

— А когда они бросают детей, это не нарушение? Вон, сколько пишут, как избивают ребятишек! И как новорожденных оставляют в мусорных баках…

— Кот, у тех, кто избивает и оставляет, судьба страшнее, чем у их детей. Эти женщины потом спохватятся и… содрогнутся от ужаса. Не раз бывало, что через много лет они искали дочерей и сыновей, чтобы вымолить прощение…

— Кто-то, может, искал, а кому-то до лампочки…

— В таком случае… воздастся им за все дела после… — тяжело выговорил Вадим.

— На том свете, что ли? — хмыкнул Костя.

— Ну да, я знаю, ты человек неверующий…

— А ты верующий. Тогда скажи. Если Бог существует, зачем допускает такое?

— Ты про цунами?

— Ну… и про него тоже…

— Это не Бог. Это Земля. Людям бы жить с планетой в ладу, а они уродуют и тиранят ее. Вот она и вздрагивает. Создатель сотворил вселенную с законами для планет и человечества, а если люди нарушают эти законы, Он здесь при чем?

Костя хотел заспорить снова.

Он мог бы задать кучу новых горьких вопросов, но вдруг ослабел и устал. Посмотрел Вадима, который тоже очень устало согнулся на табурете. Клочкасто-рыжий, веснушчатый, худой. Совсем не похожий на человека из боевой группы. И Костя вдруг спросил то, о чем ни разу не спрашивал прежде:

— Вадим, а ты убивал людей?

— Нет, я ведь служил во флоте, в команде крейсера. Поэтому не приходилось. До вчерашнего дня, когда брали подвал. Там снаружи было четверо.