В глубине Великого Кристалла. Все произведения цикла

– Ты чего, молодой человек, плюешь на служебную территорию? – услышал я густой и печальный голос.

Рядом стоял здоровенный мужик, похожий на главного запорожца с картины Репина (ну, знаете, где они пишут письмо султану). Только не в папахе, не в кафтане, а в кителе и красной фуражке. Выглядел он добродушно, и я сказал без опаски:

– Плююсь, потому что мой поезд ушел. Вон тот. А я не успел… Мне в Горнозабойск надо… – И добавил на всякий случай: – У меня там бабушка…

– А зачем тебе было успевать на него, если пошел он, родимый, не в Горнозабойск, а прямо в депо на расформировку, – грустно сообщил «запорожец» (видать, дежурный по станции).

 – Всех пассажиров рассадили кого куда… А ты где гулял?

– Я не знал… – буркнул я. Потом спросил: – А когда еще будет поезд в Горнозабойск? – Вспомнил про мерцаловские деньги: может, хватит на билет?

Дежурный ответил с прежней печалью, но и будто с удовольствием:

– А вообще уже не будет. Никогда.

– Почему?!

– А потому… Для Инска такая дорога нерентабельна. Понимаешь это слово?..

– Понимаю… А для Ново-Заторска? – почему-то вырвалось у меня.

Он посмотрел внимательно.

– А это, дорогой мой, их проблемы. Пусть выкручиваются… Что будешь делать-то?

– Что… домой вернусь… – сумрачно схитрил я. – Чтобы он не вздумал заводить разговор про детскую комнату.

– А вот это правильно! – оживился дежурный-запорожец. – Дома оно надежнее, от вокзалов в нынешние дни лучше держаться подальше, так оно благополучнее…

И я пошел с непонятного Инского вокзала. Неизвестно куда… Вот если бы по правде домой! Как нормальный пацан. Как… те ребятишки, с которыми ел арбуз… Они почему-то вспоминались то и дело.

Девочка в плетеной бейсболке, Толя в бумажной треуголке из «Почтовой ромашки»… Почему «почтовая», понятно. А почему «ромашка»? Странное все же название для газеты…

""Газеты…""

Я тормознул.

Я… меня будто вспышкой фонарика озарила догадка. О том, что делать!

Вот ведь как случайные события поворачивают судьбу! Не запнись я на берегу, не раскокал бы арбуз. И не познакомился бы с теми ребятишками. Не увидел бы газетную «шапку-ромашку». И не подумал бы сейчас про газету!..

Вот куда надо идти!"

"Там – люди, которые помогут!.

. Наверно, не все они такие, но ведь часто слышишь, как журналисты вмешиваются во всякие несправедливости… Говорят, и Михаила Гаврилыча, директора нашего дома-интерната, пытались выручить из беды… И солдат, которые бегут от издевательств в казармах, берут под защиту… И за студентов, которых внутренняя гвардия Регента разгоняет дубинками, заступаются… И за беспризорников, которых гнобят в спецприемниках…

Я приду и скажу: ""Помогите. Потому что меня запутали, замотали, обвиняют непонятно в чем!..