В горах ближе к небу

— Ты хочешь вернуться туда… на Хелион?

Он ничего не ответил, продолжая смотреть на нее. В его глазах она читала любовь… Но ведь он — чужой! Он не был человеком на Земле и вряд ли сможет им стать.

— Время связи наступает завтра ночью, — сказал он. — Я должен вернуться к Священной Горе. Меня ждут. За нами пришлют «Эрбор» или «Тобус». Иначе не удастся транспортировать Эуль. Мы сообщим свои координаты и предупредим команду о ловушках Безымянной. Каждый из нас восьмерых будет самостоятельно решать, возвращаться ему на Хелион или нет.

— Но ведь вы… больше не хелионцы, — робко возразила Ангелина Львовна. — У вас человеческие тела. Астральные стражи и вовсе… — она запнулась, ощущая всю нелепость произносимых слов."

"— Нойлех примет всех, — спокойно объяснил Калитин. — Мы выполнили то, ради чего прилетели сюда. Это главное. А с «золотыми» телами проблем не будет. Ведь Эуль возвращается!

Она опустила глаза, полные слез. Ей будет не хватать Марата. Как неожиданно рушится ее жизнь…

— Ты будешь ждать меня в этой гостинице, — сказал он. — Сколько понадобится. Пока не прилетит корабль с Хелиона. Никто, кроме меня, не сможет забрать из ниши Эуль. Потом я вернусь к тебе.

Она не верила ни одному его слову. Элакриэн и сам себе не верил. Неужели он променяет золотой Хелион на эту дикую Землю?

— Я знаю, о чем ты думаешь, Лина, — вдруг сказал он.

Когда-то он не согласился соединиться с Манфи на Сонных Берегах Нойлеха… а теперь остается на крошечной Тайрике, которую сотрясают раздоры и вражда? Эта планета похожа на библейский Вавилон, где сосуществуют разные народы, сталкиваются разные идеи и где ее такие разные дети играют в такие разные игры! Не потому ли беглецы избрали Тайрику своим убежищем, что здесь легко затеряться? В подобном смешении языков и нравов никто ни на кого не обращает внимания, никто ничему не удивляется. Чужой легко сходит за своего, а свой так же легко может оказаться чужим. Разноязыкое племя, где сотни вождей безуспешно пытаются договориться и где сосед дерется с соседом, а брат идет войной на брата. И в жерле этого вулкана рождаются прекраснейшие творения духа, который неистребим и вечен. Рождается любовь, которая побеждает. Ибо она — начало и конец всех вещей…

Жизнь на Земле бурлит в преддверии нового, удивительного и великого прозрения. Элакриэну захотелось окунуться в это новое, встретить его и присоединиться к могучей реке бытия, сметающей ненужные мусор и хлам. Земляне напоминали ему детей, у которых все еще впереди — постижение истины, обретение мудрости и золотой век мира и согласия. Для Хелиона подобное давно миновало.

Элакриэн никогда не мечтал о покое.