В горах ближе к небу

Можно, конечно, отклониться, но не настолько же?!

— Вы полагаете, на гирокомпас что-то повлияло?

Дрозд долго молчал, смотрел мимо Марата вдаль, где в облачной дымке терялись очертания горной гряды. Потом тяжело вздохнул.

— Не знаю… Если скажу то, что думаю, вы меня за идиота примете. А врать не хочется. Не люблю я этого.

— Рискните, — улыбнулся Марат. — Вдруг встретите в моем лице единомышленника?

Инженер окинул «эксперта» недоверчивым взглядом.

— Меня и так считают алкашом и бабником. Не хватало еще заработать репутацию чокнутого.

— Вы правда бабник?

— Что мне остается делать, по-вашему? — усмехнулся Дрозд. — Вся моя жизнь проходит в командировках. Какая женщина станет терпеть такого мужика в доме? Я, между прочим, третий раз женат. И думаю, не последний.

— Курите?

Марат вытащил пачку сигарет, протянул геодезисту. Тот взял две штуки.

— Давно не баловался такими… Эх, житие мое бестолковое! Питаюсь всухомятку, сплю где попало, о горячем душе приходится только мечтать. Как тут без водки обойдешься?

Он зло пускал дым из ноздрей, молчал.

— Вы говорили что-то о гирокомпасе… — напомнил Марат.

— Да… Странное это место, — Дрозд повел рукой в воздухе. — Горы, туннель… и все прочее. Жутко мне здесь было. Я даже напился, когда уезжал.

— Почему жуткое?

— Чувствуется что — то этакое… худое. Как будто за то — бой постоянно наблюдают. Гирокомпас опять же… дал офигенную погрешность. Но ведь такого не бывает! Одним словом, я когда под землю спускался, не чаял выбраться поскорее. Вернее, даже не под землю, а внутрь горы… там сразу ледяная дрожь пробирала. Аж зубы стучали. Водка и та не помогала. Только вы не подумайте, будто я напивался на работе. Это потом, в вагончике… выпить и отрубиться, чтобы кошмары не мучили.

— Что вас пугало? — спросил Марат. — Может, видели что-то? Или слышали?

Дрозд покачал головой.

— Если конкретно, то ничего… Не могу я этого объяснить! Вот, например, идешь вдоль высоковольтной линии, и вокруг тебя воздух гудит, потрескивает. А ничего не видно. Поле… понимаете? Так и в туннеле. Сейчас, конечно, все по-другому: внутри горы полно народу, техники, свет проведен, вентиляция. И все же… многим там становится не по себе. Почему? Кто знает?

Марат понял, что инженер рассказал все. Дальнейшие расспросы ни к чему не приведут.

— Спасибо вам, — сказал он, вставая. — Вы мне очень помогли.

— Надеюсь, — усмехнулся Дрозд. — Из-за чего взрыв произошел, я понятия не имею. Только геодезия тут ни при чем.

После беседы с геодезистом Марат отправился в ки — шлак, где жили киношники. Надо было поговорить с Бахметом, но он решил сделать это завтра. Тем более что режиссер оставался в медпункте.