Чужая маска

– Старик уверен, что рука одна и та же, – сообщил он. – Заключение в полном объеме будет готово через два дня, в том смысле, что он его напишет.

– Неужели действительно Светлана оказалась талантливой писательницей?

– Похоже, что так. Значит, у Параскевича могли быть реальные причины если не для самоубийства, то по крайней мере для глубокой депрессии. Между прочим, мне начальник следственной части одно дело сует и на твоего Колобка ссылается. Вы что там, на Петровке, с ума все посходили? Других следователей во всей горпрокуратуре нет?

– Какое дело, Константин Михайлович?

– Григорьеву, восьмидесятого года рождения.

Труп на Котельнической. Что твоему шефу прибило мне эту девочку подсунуть, не знаешь?

– Не знаю, честное слово. Может, потому, что ею Юра Коротков занимается?

– А ты?"

"– Ну и я тоже, куда ж я денусь. Вы же знаете, я всеми делами нашего отдела занимаюсь, одними больше, другими меньше, но обязательно всеми. Но вообще-то я догадываюсь, откуда ноги растут. У нас ведь в последние четыре года количество зарегистрированных изнасилований все время снижается, особенно подростковых. Сексуальная свобода и распространение порнухи свое дело сделали, девочки теперь намного охотнее идут навстречу нескромным желаниям мальчиков и потом не предъявляют никаких претензий.

Но классические случаи все равно остались, они связаны с психопатологией, там механизмы совсем другие, и такие преступники на сексуальную революцию не очень-то реагируют, у них своя программа в голове. Поэтому каждый случай изнасилования, сопряженный с убийством, особенно если речь идет о несовершеннолетней девочке, может расцениваться как сигнал о том, что появился очередной псих со своей программой. Каждый такой случай сразу же берется под строгий контроль. Ну и вполне понятно, что Колобок хочет сделать этот подарок именно вам, потому как любит вас безмерно и доверяет вашему профессионализму. А если вы этим обстоятельством недовольны, то лучше оторвите голову мне. Это будет справедливо.

– Почему? Это ты его попросила навязать мне дело?

– Нет, это он сам, – засмеялась Настя. – Моя вина в том, что в прошлом году я ему написала мощную аналитическую справку об изнасилованиях и насильниках, особенно серийных.

И в выводах как раз и ляпнула ту гениальную мысль, которую только что вам изложила. Но честное слово, Константин Михайлович, у меня были веские основания для таких выводов. Я же огромную кучу фактуры перелопатила, со специалистами консультировалась. Между прочим, если вам интересно, могу сказать, что в нашем ВНИИ группа ученых специально занимается серийными сексуальными преступлениями. Я и им свою справку показывала, они ее одобрили, так что если вы чем-то недовольны, то претензии не только ко мне.