В плену снов

– Какие-нибудь таблетки от бессонницы пьете? Что-то успокаивающее?

– Нет. Ничего.

– А Ричард знает, что вы здесь?

Она поколебалась.

– Нет… Я была бы вам признательна, если бы вы не…

– Ну разумеется.

Она внимательно посмотрела в его непроницаемые глаза и перевела взгляд на полированную поверхность письменного стола, на котором ничего не лежало, кроме позолоченной авторучки. Потом она мельком взглянула на свои пальцы. «Грызу ногти», – подумала она, глядя на свой большой палец, на котором даже кожа была немного обкусана. Фи, как безобразно.

– Интересно, а есть ли какие-нибудь таблетки, которые вы могли бы мне прописать, чтобы я больше не видела снов?

Она продолжала щипать заусеницы на пальцах… Стоп.

Попыталась остановить себя, но тут же снова принялась их щипать. Бэмфорд выпятил нижнюю губу, потом слегка постучал по своей золотой авторучке.

– Есть такие транквилизаторы, но от них масса побочных эффектов. Они прервут ваши сновидения по ночам, но вместо этого у вас начнутся дневные сны и галлюцинации. Скажите мне, Сэм, если уж вы видите будущее, то чего вы по-настоящему боитесь? А вдруг это окажется полезным? Не могли бы вы как-то использовать эту информацию?

– Это не совсем то.

Мне кажется, будто… будто я провоцирую эти события тем, что они мне снятся.

– И вы считаете, что вызвали эту авиакатастрофу?

Она кивнула.

– И самолет не разбился бы, если бы вам это не приснилось?

Она почувствовала, что слегка краснеет, и пожала плечами.

– А те сны, что снились вам в детстве, после того как погиб мужчина в капюшоне… как скоро после этих снов что-то случалось на самом деле?"

"Она стала вспоминать, вызывая в памяти далекое прошлое.

Все туманно. Детство представало в ее памяти мозаичной картиной, составленной из отдельных фрагментов. С течением лет они сглаживались, стирались, словно царапины на старом письменном столе, становясь частью привычного пейзажа, и, несмотря на ее отчаянные попытки, невозможно было припомнить их строгую очередность.

– Случалось по-разному.

– Ну, через день? Неделю? Несколько месяцев?

Она услышала собственный голос:

«МАМОЧКА!»

Крепкие объятия. И слезы.

«ВСЕ В ПОРЯДКЕ, ДОРОГАЯ МОЯ».

– Это всегда происходило очень скоро. На следующий день или через несколько дней.

– А у вас когда-нибудь случалось что-либо плохое, когда вам не снились дурные сны?

– Я… думаю, что да, случалось.

Молчание. Я-то понимаю, что вы имеете в виду. Она снова ущипнула палец и, почувствовав боль, поняла, что содрала кусочек кожи.

– В новостях, Сэм, чуть ли не каждую неделю сообщается об авиакатастрофах. И если вам снится сон об авиакатастрофе, то он почти непременно сбывается?

– Нет, конечно же не в точности так, как в моем сне, со всеми подробностями.