В плену снов
Саманте снится один и тот же сон, вернее, один и тот же страшный персонаж – насильник в черном капюшоне. Конечно же она хочет избавиться от наваждения. Но еще больше – понять: почему сон появляется незадолго до того, как случается что-нибудь трагическое? Может быть, он – предвестник драматических событий, а сама она лишь транслирует чужую волю. Но чью?
Ящик пролетел через комнату, ливнем рассыпая по дороге содержимое, врезался в стену как раз над головой полицейского и с грохотом обрушился на него. Судя по тому, как полицейский застонал, удар был довольно-таки основательным.
– Сэм. – Ричард вцепился в ее руку. – Придется им разрешить. – Он повернулся к констеблю, сидевшему на полу. Тот, потирая голову одной рукой, рассматривал палец на другой. – С вами все в порядке?
Констебль поморщился.
– Пожалуйста, не могли бы вы выйти отсюда?
Ричард повел Сэм в комнаты. В гостиной они увидели двоих мужчин.
– Это хозяйка?
Ричард кивнул, наблюдая за Сэм, словно загнанное в угол животное.
– Таракашечка, это вот инспектор… м-м-м?
– Моя фамилия Мильтон. Как у того поэта[17]. Инспектор сыскной полиции Мильтон.
– Добрый вечер, – поздоровалась Сэм.
– Отдел по борьбе с мошенничеством в бизнесе, городская полиция Лондона. – Инспектор резко ткнул большим пальцем в сторону мужчины в коричневом пиджаке. – Сержант сыскной полиции Уилер.
Уилер тем временем, даже не повернув головы, продолжал увязывать документы.
Так, отдел по борьбе с мошенничеством.
Совершенно сбитая с толку, Сэм уставилась на них. События и факты последнего времени с бешеной скоростью замелькали в ее сознании. Поведение Ричарда. Его странное усердие, когда он допоздна засиживался, склонившись над экраном своего компьютера. Деньги на новый дом. Часы «Ролекс». Пьянство…
Сэм почувствовала, как струйка пота стекла по спине, неприятно холодя кожу.
















