В поисках любви

Совсем скоро окончательно стемнеет, и он больше не сможет разглядеть тропу. Он был обязан найти Эмму. Он уже не злился на нее: злость вытеснил страх. Стоило ему представить ее, одинокую, беспомощную, оказавшуюся в ночной тьме наедине с тигром-людоедом, как он начинал сходить с ума от волнения.

Он хотел уничтожить ее документ, но не ее саму. Только не это! Если с ней что-то случится, виноват будет он один. Как он посмел оставить ее без внимания так надолго? Зная о ее взбалмошном упрямстве и наивности, он должен был предвидеть такую развязку. Несчастья преследовали мисс Эмму Уайтфилд буквально по пятам.

Как же иначе, ведь она сама искала их на свою голову!

Судорожно хватая ртом воздух, он остановился, чтобы поправить на плече ремень, – и тут до него донеслось рычание разъяренного тигра.

Он остолбенел, волосы встали дыбом. Неужели он опоздал? Вряд ли: тигр не рычал бы, если бы уже завладел добычей. В этом случае до слуха Алекса донеслись бы совсем другие звуки: хруст костей, хлюпанье разрываемой плоти, довольное урчание огромной кошки, утоляющей голод.

Сорвав с плеча ружье, Алекс кинулся в ту сторону, откуда донеслось рычание.

Перебегая от дерева к дереву и до рези в глазах вглядываясь в сгущающиеся сумерки, он добрался наконец до развалин храма. То, что он увидел, превратило его кровь в лед; сердце перестало биться.

Тигр загнал Эмму на стену. Ей каким-то чудом удалось забраться туда по осыпающимся камням и застыть, глядя на расхаживающего внизу тигра, громко рычащего от огорчения. Трудно было понять, что, мешает ему прикончить жертву: тигру такого размера ничего не стоило запрыгнуть на стену.

Такого огромного тигра Алекс видел впервые: это был великолепный экземпляр, больше десяти футов от носа до кончика хвоста.

Полосатая шкура светилась в темноте, отражая угасающий свет дня. Зная, что все зависит от одного выстрела, Алекс тщательно прицелился. Однако прежде чем он нажал на курок, тигр прыгнул. Глядя на этот жалкий, слабый прыжок, Кингстон понял, в чем дело: у зверя была повреждена левая задняя лапа, не выдерживавшая его вес и не дававшая опоры для прыжка. Царапнув когтями по стене, тигр беспомощно опрокинулся на спину.

Алекс не дышал. Медлить было нельзя, но он помнил мудрый совет, который дал ему некогда дядя, отец Хидерхана: «Будь спокоен, хорошо целься.

Дождись, пока зверь повернется к тебе боком, и стреляй в самое сердце».

Алекс дождался, пока тигр встанет к нему боком, и медленно спустил курок. От выстрела у него заложило уши. Тигр подлетел в воздух и ударился о стену. Эмма, все это время молчавшая, издала истошный крик. Издалека раздалось блеяние испуганного козленка.

Все произошло за считанные секунды. Тигр дернулся и замер. Эмма рыдала навзрыд, прижимая ко рту ладонь.