В поисках любви

Замерев от ужаса, Эмма увидела, как Сакарам проткнул беспомощного слугу насквозь.

Глава 21

Еще никогда в жизни Эмма не падала в обморок, но сейчас она была близка к этому. У нее зашумело в ушах, перед глазами завертелись круги, ноги мигом ослабли и подкосились. Она пошатнулась и взмахнула руками, чтобы ухватиться за что-то, но опоры рядом не оказалось. В последнее мгновение ее подхватил Сикандер, не дав упасть. Она прильнула к нему, изо всех сил стараясь не лишиться чувств.

– Дыши глубже, – лаконично посоветовал он. – Сейчас тебе станет легче.

Но Эмма не могла прийти в себя. Перед ее мысленным взором снова и снова возникало ужасное зрелище: копье, вонзенное между лопатками несчастного, кровь, хлынувшая из ужасной раны…

Постепенно дыхание ее восстановилось, она смогла оглядеться вокруг. Сакарам поднялся по ступенькам и встал рядом с Сикандером. Он был, как всегда, спокоен, лицо ничего не выражало.

– Убийца! – Эмма вырвалась из рук Сикандера. – Ты убил человека с такой легкостью, словно это муха!

Невозмутимый Сакарам перевел взгляд на нее:

– Покарать его – мой долг, мэм-саиб.

– Ты отнял у него жизнь. За что? За правду?

– Он предал свою «соль», мэм-саиб, и получил по заслугам.

– О чем ты говоришь?"

"– Он забыл о преданности и чести, и я покарал его за это. Разве кто-нибудь еще протестует? Никто! Все знают, что он заслужил смерть.

Эмма оглядела толпу индусов. Действительно, никто не возмущался, не плакал, даже не смотрел на убитого. Толпа медленно рассеивалась, словно ничего не произошло, и люди спокойно возвращались к работе.

– Что с ними? – крикнула Эмма, все еще не оправившаяся от шока. – При них совершено убийство – и они преспокойно расходятся?

– Успокойся, Эмма. – Сикандер взял ее за руку. – Пойдем в дом. Не выставляй себя на посмешище.

– Если мэм-саиб желает чаю, я распоряжусь, чтобы его немедленно принесли, – сказал Сакарам. – Не беспокойтесь, здесь сейчас же приберут.

– Убери руки! – крикнула Эмма, вырываясь. Сикандер, казалось, не услышал ее крика.

– Пойдем, Эмма. Ты скоро придешь в себя. Здесь тебе все равно делать нечего. Сакарам сам обо всем позаботится.

– Я никуда не пойду. Я уезжаю в Калькутту, а оттуда при первой же возможности – обратно в Англию. Вы оба – чудовища, ваша страна чудовищна. Я хочу уехать, вернуться в цивилизованный мир. Если ты мне не поможешь, я сама уйду отсюда завтра же утром.

Сикандер тяжело вздохнул:

– Это нервы, Эмма. Ты сама не отдаешь себе, отчета, что говоришь.

– Неправда! Я готова отвечать за каждое свое слово. Я уеду завтра утром. Ты меня не остановишь, Си… Вам меня не удержать, мистер Кингстон. Советую примириться с неизбежностью.

– Эмма… – начал было он, но она отказывалась слушать. Довольно! Чаша ее терпения переполнилась.