В темном-темном космосе

Мама положила голову малыша на плечо и принялась ходить по комнате, укачивая его. Но ребенок не успокаивался. Он не мог успокоиться, потому что Жрун поедал папин гнев и замышлял что-то очень недоброе. Еще хуже, чем сделал тогда маме.

– Господи, я не могу здесь находиться! – вскричал папа. – Я не могу выносить этот крик, эти слезы и сопли!

– Тогда почему бы тебе не уйти? – крикнула мама в ответ. Она, конечно, не подразумевала того, что сказала; папа, впрочем, тоже. Но они не слушали, что говорили.

А Пушок на ковре ничего не делал. Из-за маминого плеча малыш видел кота, даже когда плакал.

Пушок просто лежал, краем глаза следил за Жруном и никак не реагировал. Это, вообще-то, было нечестно после всего, что папа для Пушка сделал.

– Пойду прогуляюсь и выпью! – объявил папа. Он бросил ручку на стол, надел куртку и распахнул дверь.

Мама медленно подошла с малышом на руках.

– И лучше не возвращайся, – очень тихо сказала она.

С радостным свистом Жрун пронесся по комнате, спикировал на кота – тот мявкнул и щелкнул челюстями – и вылетел в дверь. Пушок снова закрыл глаза, а Жрун пролетел мимо папы и опустился на третью ступеньку – ту самую, которую папа хотел починить, потому что она шаталась.

Жрун свернулся на ступеньке, поджидая, когда папа наступит на нее.

Почему Пушок ничего не делает? Но Пушку было все равно. Жрун его больше не беспокоил. И не важно, что папа кормит кота каждый день.

Мама и папа не видели Жруна, свернувшегося на третьей ступеньке в ожидании, когда папа наступит на нее. Жрун толкнет папу и позаботится, чтобы тот не удержался. Потом прыгнет на него, когда тот будет падать, и позаботится, чтобы папа ударился побольнее.

Малыш перестал плакать и уставился на третью ступеньку.

Жрун в ответ уставился на него. А малыш не сводил глаз с Жруна, который хотел причинить папе боль.

– Он перестал плакать, – сказала мама.

Несмотря на гнев, папа взглянул на малыша. Папа любит его, пусть иногда казалось, что это не так. И сейчас он смотрит на своего сына.

– Интересно, что он увидел? – спросила мама.

– С детьми так бывает, – сказал папа виновато. – Иногда они просто смотрят в никуда.

– А иногда просто плачут без причины, – согласилась мама голосом, в котором звучал вопрос: «Ты правда извиняешься?»

– Наверное, иногда и плачут тоже, – согласился папа.

В его голосе звучало: «Да, я был не прав». Он помолчал и добавил: – Прости меня, Грэйс.

– А детский плач действует тебе на нервы, – рассмеялась мама. – Заходи, накормлю обедом.

– Отлично, – улыбнулся папа, и это была очень хорошая улыбка. А вот Жруну она не понравилась. Теперь, когда папа перестал злиться, Жруну больше нечего было здесь делать. Он начал таять и исчез.

– После обеда починю ступеньку, – сказал папа. – А сейчас за стол.