В темном-темном космосе

– Как это повлияет на наш курс?

Райчик закончил расчеты и задумчиво покусывал карандаш.

– Нам конец. Мы минуем орбиту Марса раньше, чем он туда подойдет.

– Насколько раньше?

– Очень намного, капитан. Мы летим за пределы Солнечной системы, как пробка из бутылки шампанского.

И Райчик улыбнулся бесшабашной улыбкой, которую Уоткинс счел особо неуместной.

– Черт побери, приятель, – взорвался он, – хватит ухмыляться, надо действовать! У нас осталось немного топлива. Мы же можем развернуть корабль? Штурман ты или нет?

– Штурман, – холодно ответил Райчик. – Но если бы я рассчитывал курс так, как ты обслуживаешь двигатели, мы бы давно вспахали носом Австралию.

– Ах ты, ничтожный приживала! Я-то хоть получил работу честно, а не через женитьбу…

– Хватит! – осадил их капитан Сомерс.

Уоткинс с раскрасневшимся лицом и ощетинившимися усами был похож на моржа, готового броситься в бой. А Райчик, сверкая глазами, только этого и ждал.

– Успокойтесь, – сказал Сомерс. – Здесь приказы отдаю я.

– Вот и отдайте какой-нибудь приказ! – огрызнулся Уоткинс. – Прикажите ему проложить разворотный курс. Это вопрос жизни и смерти!

– Тем более нужно сохранять спокойствие. Мистер Райчик, можете вы рассчитать такой курс?

– Это первое, что я попытался сделать. На оставшемся топливе шансов у нас никаких. Мы можем отклонить корабль на градус, максимум на два, но это ничего не даст.

– Конечно даст, – воскликнул Уоткинс. – Следуя по изогнутой траектории, мы вернемся в Солнечную систему!

– Обязательно вернемся – через несколько тысяч лет.

– Тогда нужно приземлиться на какой-нибудь планете – Нептун, Уран…

Райчик покачал головой:

– Даже если бы внешняя планета оказалась в нужное время в нужном месте, нам все равно потребовалось бы топливо – много топлива, чтобы сбросить скорость и лечь на орбиту. И даже если б мы сделали это, кто бы нас оттуда забрал? Корабли еще не залетали дальше орбиты Марса.

– По крайней мере, у нас был бы шанс, – возразил Уоткинс.

– Возможно, – безучастно подтвердил Райчик. – Но мы не можем изменить курс. Боюсь, осталось только помахать Солнечной системе на прощание.

Капитан вытер лоб, попытался что-нибудь придумать и обнаружил, что не может сконцентрироваться. Слишком большое несоответствие между ситуацией и ее восприятием. По логике, корабль с огромной скоростью покидает Солнечную систему. Но внешне ничего не меняется. Они остаются на месте: висят над бездной, три человека, запертые в тесной и душной каюте, пропахшей потом и разогретым металлом.

– Капитан, что нам делать? – спросил Уоткинс."

"Сомерс бросил на инженера хмурый взгляд. Неужели Уоткинс и правда верит, что капитан возьмет и выхватит решение из воздуха, словно фокусник? Он даже не может сосредоточиться на проблеме.