Вальс до востребования

Да и, честно говоря, я ему доверяла.

– Несколько наивно для столь умной женщины, как ты, не находишь? – заметил Стаховский.

– М-м-м, – протянула Марианна, немного стушевавшись откровенности своего признания. – Дело в том, что Константин был моим первым и единственным мужчиной, и, как я осознала недавно, я не испытывала к нему страсти и сексуального влечения. Он меня не заводил. Понимаешь, танцоры во многом весьма циничные люди, поскольку видят настоящую, подлинную изнанку искусства, в самом ее неприглядном образе, не позволяющую скрыть натурализма человеческого тела.

Когда ты репетируешь по нескольку часов, и с тебя сошло не просто семь потов, а обливаешься каким-то потным душем изнутри, и ты мокрый, вонючий, загнанный перегрузками, с перемотанными травмированными ногами, и еще множество иных «прелестей» этого самого натурализма. А после выступления артистов буквально колбасит от невероятной энергии, подъема, кипящего адреналина и восторга, и это состояние невозможно отпустить по щелчку – отыграл, и все, успокоился и мирно домой пошел. Его требуется куда-то вылить, трансформировать во что-то это невероятное возбуждение. А поскольку пить танцовщикам, тем более с такой нагрузкой, как была у нас в ансамбле, это гарантированно мгновенно выпасть из обоймы, то секс самое лучшее решение. Поэтому в танцевальных коллективах практикуется так называемый «дружеский» секс. Вот у нас, по крайней мере с моей стороны, и был с мужем подобный дружеский секс, я его так воспринимала. Наверняка Константину недоставало сексуальных страстей, и он их, что называется, «добирал» на стороне. Но, повторюсь, никогда ни словом, ни намеком, ни каким-то просчетом или своим действием он не дал мне понять и почувствовать, что у него интрижка.

– Ну, молодец, – покачав уважительно головой, отдал должное Кирту Стаховский. – А тебя он ревновал? Я ведь помню, как он на тебя смотрел."

"– Он не страдал ненормальной, болезненной формой ревности, но, без сомнения, ревновал. Вокруг меня всегда толклось много поклонников, некоторые из них были весьма влиятельными людьми, и кое-кто признавался в любви и звал меня замуж. Я никогда этого не скрывала от мужа. И он в какой-то степени даже гордился тем, что его супруга пользуется повышенным интересом у мужчин.

Но поводов ревновать меня по-настоящему у него никогда не было. Ну хотя бы потому, что на гастроли я ездила с ребенком, одной или двумя нянями и охранником. И, как правило, мы жили отдельно от коллектива, в более шикарных гостиницах, и я всегда находилась, что называется, на глазах этих людей. Да и сам Константин любил приехать без всякого предупреждения, неожиданно. Так что он четко знал, что я всегда при ребенке и меня не интересуют другие мужчины.