Вальс до востребования
Легко ли поменять свою жизнь? Нет, не переехать в другую страну, в другой город, в другую квартиру, не найти новую работу или заменить новым мужем-женой близкого человека, и не прическу другую забабахать, и не тачку новую купить. А переменить глобально, осознанно сделав свой выбор, когда все прежнее – под откос, безвозвратно. Когда становишься другим, совсем другим человеком – иной личностью, с иной духовной и жизненной наполненностью, иными базовыми ценностями, иными устремлениями.Вот так, наотмашь, поменять все в жизни, ни секунды не жалея о своем выборе. Такое под силу лишь очень редким и очень сильным людям. Таким, как Ян Стаховский, переживший страшную трагедию и вышедший из нее победителем, человеком, изменившим свою жизнь и свою личность.И казалось бы, все оставил в прошлом, но одна случайная встреча с женщиной с удивительным именем Марианна, словно возникшей из этого прошлого, снова меняет жизнь Яна, наполняя ее новыми, невероятными чувствами и красками.
Да и ушла я на другую сцену, на которой испытывала и переживала те же сильнейшие чувства и эмоции и то потрясающее состояние душевного парения.
Она посмотрела на Яна, улыбнувшись немного печально.
– Я ответила на твой вопрос?
– Нет, только прояснила некоторые моменты. У меня еще очень много вопросов и…
Намеревавшегося задать свои вопросы Яна остановила мелодия вызова на телефоне Марианны.
– Мама, – посмотрев на экран, объяснила она Стаховскому. – Извини, – повинилась и ответила: – Да?
– Марьяш, – бодреньким тоном поинтересовалась Елена Александровна, – ты что там засиделась?
– Да мы увлеклись разговором с Яном Валерьевичем.
– А-а-а, – понимающе протянула мама: – Понимаю, Ян Валерьевич человек неординарный и собеседник замечательный. А мы тебя тут уж заждались, вроде же договаривались грибы фаршированные запекать. Так тебя ждать или погостишь еще?
И с этим вопросом мамы, произнесенным обыденным тоном, вернулась реальность жизни Марианны, наполненная непростыми обстоятельствами, делами-обязательствами, спрятавшаяся было, отодвинутая на какое-то время в темноту комнатных углов, куда не доставали отблески огня из камина и неяркий торшер, освещавший кресла и столик возле него.
– Сейчас приду, – выдохнула печально Марианна, отпуская ту невидимую тонкую ткань откровенности и доверительности, что окутала их двоих, создавая иллюзию отстраненной защищенности от внешнего мира со всеми его сложностями и проблемами.
– Что-то срочное? – спросил Стаховский.
– Просто жизнь, планы и обещания, – развела руки Марьяна, показывая бессилие перед обстоятельствами, – они всегда срочные.
– Я тоже завтра в Москву, – поделился своими планами Ян.
– Я думала, ты в поселке живешь постоянно, – удивилась Марьяна.
– Стараюсь большую часть времени находиться здесь, но есть дела и встречи, которые я могу проводить только в Москве, – пояснил Стаховский.
– Слушай, – только сейчас сообразила Марианна, – я ведь даже не успела расспросить о твоей жизни, о твоей работе и задать множество вопросов.
– Я о твоей жизни и работе пока тоже толком не успел тебя расспросить, – напомнил Ян и высказал пожелание: – Но я надеюсь и рассчитываю, что мы встретимся в Москве. Скажем, во вторник. Я приглашаю тебя к себе в гости. Сможешь?
– Не знаю про вторник, надо посмотреть расписание, – не дала окончательного согласия Марианна.
Но и не отказала.

















