Вальс до востребования

"

"А она и попробовала, составив договор с мужем на предмет займа и оформив школу-студию танца на себя как на единоличную хозяйку и руководителя.

Через два года Марианна вернула Константину все заемные средства и набежавшие на них проценты. Хотя, честно сказать, проценты он определил чисто символические, скорее подыгрывая самостоятельности жены. И был весьма приятно удивлен, получив все свои вложения обратно, да еще и с процентами. Что они и официально зафиксировали в договоре о возврате заемных средств.

Еще через два года, узнав, что ждет ребенка, Марианна оставила карьеру действующей танцовщицы, занявшись исключительно руководством и преподаванием в своей «Школе-студии танца Марианны Кирт», к слову сказать, пользующейся повышенным спросом у желающих научиться танцам.

В тридцать четыре года, когда Максиму исполнилось пятнадцать лет, Марианна родила замечательного, здоровенького мальчика Кирилла, прижав которого первый раз к груди, испытала мощнейшие, непередаваемые чувства абсолютного единения и бесконечной любви к малышу.

Несколько иные чувства, чем испытывала к старшему сыну, с которым у них существовала уникальная, какая-то мистическая, необъяснимая духовная связь, не ослабевшая с годами, – иные, но настолько же сильные и глубокие. Она смотрела на своего ребенка и переживала глубочайшее потрясение от любви, затопившей все ее существо.

«Зачем я все это вспоминаю?» – недоумевала Марианна, не силах справиться с потоком воспоминаний, захвативших ее, что бы она ни делала, куда бы ни ехала и чем бы ни занималась весь день понедельника.

Да с чего, спрашивается, ее так растащило-то на ковыряние в прошлом, в себе?

Это все Стаховский спровоцировал. Его вопросы и искренний глубокий интерес, с которым он слушал ее откровения, заинтересованно глядя своими ярко-голубыми, мудрыми глазами. Или просто подсознанию Марьяны требовалось пережить все заново и очиститься от чего-то в себе, как от ржавчины, накопленной с годами. Да бог знает.

Когда они расставались в воскресенье вечером, Стаховский предложил встретиться во вторник, но Марианна не дала немедленного четкого согласия, а сейчас, раздосадованная на себя и на него, недовольная навязчивостью буквально накрывших ее с головой воспоминаний, решила, что не поедет она к нему в гости – вот не поедет, и все!

Ну да, тянет ее к Яну, как никогда не тянуло ни к одному мужчине в жизни, неодолимо, безумно, и то, что у них было… Так, срочно одернула себя Марианна, останавливая жесткой командой выскочившие тут же из памяти яркие картины их соединения.