Ванильное наваждение

- Стой!

- Да, Денис Александрович, что-то еще?

- На сегодня можешь быть свободна, а завтра с утра собери мне всех, кто работает в этом отделе, я хочу, как можно быстрее, войти в курс дела, – он отпивает кофе и немного морщится.

- Хорошо, Денис Александрович.

- Кофе отвратительный, и я просил без сахара, - он с грохотом ставит чашку на стол, поднимается со своего кресла и подходит ко мне, вновь вторгаясь в мое личное пространство. Очень близко, для того чтобы я почувствовала, что его запах изменился, стал более резким и терпким. А потом он заглядывает мне в глаза,и я теряю равновесие. Видимо, все было написано на моем лице, и я совсем не изменилась, все та же глупая девчонка. Денис издевательски ухмыляется и проходит мимо меня, выходя из кабинета. Наверное, пошел к некой Джесс, с которой разговаривал по телефону. Но мне нет до этого никого дела! Совсем нет. У меня своя жизнь!

Оповещаю коллектив, что Денис Александрович хочет видеть всех с утра на собрании, готовлю нужные документы и ухожу домой, как и приказал мой новый начальник. Домой совершенно не хочется, наверное, впервые за несколько лет, я не спешу в уютную квартиру, которая всегда несла мне успокоение. Медленно иду до метро, осматривая прохожих, которые куда-то спешат из-за ноябрьского холода, а я словно в ступоре не могу вновь забыть его глаза, полные похоти. В прошлой жизни я бы отдала душу дьяволу за такой взгляд. А сейчас… Черт, я думала, это будет легче. Может плюнуть на все и уволиться? Зачем мне это все? Но такую работу, зарплату и перспективы я больше нигде не найду. Стоит потерпеть всего три недели,и он улетит в другой город. Кто бы ещё сказал, как выдержать эти три недели. Сажусь в вагон метро и еду к родителям, проведать папочку. По дороге к своему дому покупаю фрукты, папин любимый сок, надеясь, что это все ему можно."

"Открываю дверь собственными ключами. Α в родной квартире такая пугающая тишина. Раздеваюсь, прохожу на кухню, чувствуя не аромат еды и выпечки, как в детстве, а стойкий запах лекарств. Оставляю фрукты и сок на столе,и иду в гостиную. Папа спит на диване, в очках и с книгой в руках. Бледный, под глазами темные круги. Вдыхаю, не хочу его будить. Аккуратно убираю книжку, укрываю его пледом и иду на кухню. Завариваю себе чай, достаю из шкафа любимое овсяное печенье в исполнении мамы. Смотрю в окно на мокрый снег с ветром и понимаю, что даже если и захочу - не смогу уволиться. Никому не нужны мои сопливые детские обиды, когда папе очень нужны деньги и мама не может работать на двух работах, и ухаживать за отцом.

Меня приводит в себя оповещениė о пришедшем сообщении на телефон. Миша зовет на обед, думая, что я на работе. Перезваниваю ему, закрыв дверь на кухню, чтобы не разбудить папу.