Ванильное наваждение
Никогда не думал, что способен влюбиться ещё раз… Я и сейчас не полюбил… Просто увидел ее после долгой разлуки и что-то щелкнуло. Сам не понимаю, что меня зацепило в этой ванильной девушке. Может ее глаза, которыми она смотрит на меня с обидой и презрением. Может розовые губки, которые она складывает бантиком, словно кукла, а может тело, которое мне хочется испробовать ещё раз. Но скорее всего то, что она больше меня не любит. Она, словно мое наваждение, смотрю на нее и понимаю, что хочу ее как умалишенный. Но девочка выросла, и теперь не подпускает меня к себе. Иногда я думаю, что это какой-то ее хитроумный план, быть рядом, но не подпускать близко. Или она мстит мне за прошлое, вынуждая прочувствовать все то, что я когда-то причинил ей. Наверное, мне предначертано судьбой, любить тех, кто меня не любит...
- Хорошо, - загадочно улыбаясь уголками губ, произносит он. – Поиграем в игру двадцать вопросов?
- Ты сейчас серьезно? – приподнимаю брови, не веря, что он предлагает мне сыграть в игру для подростков.
- Вполне. Почему нет? Ты задаешь мне десять вопросов, а я тебе. Отвечать нужно предельно честно,и только один вопрос можно оставить без ответа.
- Хорошо, но вопросы не должны касаться чего-то личного, – соглашаюсь я. Наверное, он прав, не молчать же нам всю дорогу.
- Что именно ты подразумеваешь под словом «личное»? - он действительно не понимает, или издевается надо мной?
- Я передумала, я не хочу играть, - отворачиваюсь к окну, осматривая вечернюю трассу.
- Ладно, ладно, я все понял. Никаких личных вопросов, Ванилька. Прости, Настя, - поправляется он. - Играем? - чувствую, что он смотрит на меня и поворачиваюсь.
- Играем,только смотри на дорогу, – и он послушно переводит хитрый взгляд на вперед.
- Ну, уступаю место дамам. Задавай свой вопрос, - и мне так не нравится его хитрый тон, словно я ещё сама не поняла, на что согласилась.
- Какой твой любимый цвет? – спрашиваю я, не находя вопроса лучше. На самом деле я ловлю себя на мысли, что у меня есть куча вопросов, ответы на которые я хочу знать, но эти вопрoсы, как я сама их опередила,из разряда «личное».
- Черный, темно-синий, – легко отвечает он. – А твой?"
"- Лиловый. И я ответила на твой первый вопрос, - усмехаюсь я, мне почему-то становится так легко с ним. Напряжение и неловкость уходят,теперь мне весело и уютно. Я расслабляюсь и откидываюсь на спинку сидения, глубоко вдыхая еще не выветрившейся запах новой машины и персональный терпкий, немного горький запах самого Дениса. А раньше он пах по-другому…
- Что, действительно, розовый? - смеется Денис, качая головой.
- Не розовой, а лиловый.
- Ρазве есть разница? Тот же розовый,только темнее.
- Нет, это разные цвета, – заявляю я. - Теперь снова моя очередь задавать вопрос. Твой любимый фильм?
- Адвокат дьявола. Наверное, не надо объяснять почему?
- Нет, я догадываюсь .
- А какой твой любимый фильм?
- Ты так и будешь повторять мои же вопросы, - сама не замечаю, как в каком-то веселом порыве слегка шлепаю его по плечу и тут же одергиваю руку. Денис переводит взгляд на плечо, потом на меня и ловит мой взгляд, а я забываю вопрос. Даже в полумраке машины его серые глаза светятся,такие красивые. Вроде обычные серые как у миллиона людей, но другие, необычные, неповторимые…
- Так какой? - понижая голос, спрашивает он.
- Что? - теряюсь я, а потом прихожу в себя. Черт! Все это было плохой идей. Нужно было настаивать на самолете. Нужно было вообще не соглашаться ехать с ним.
- Фильм, Настя, – он тянет мое имя и сам отворачивается.
- Три метра над уровнем неба, - не задумываясь, отвечаю я первое, что пришло в голову и отворачиваюсь к боковому окну.






