Варвар

Вилия только неловко улыбнулась.

− Ладно, − буркнул он и, велев гостю ждать, быстро проследовал в столовую, жестом давая понять жене, что ей стоит последовать за ним.

− Что-то случилось?  − спросила Вилия, плотно закрыв дверь.

− Ты о чем? – не понял Энрар, скрестив руки на груди. – Может объяснишь, что происходит?

− Прости, ты наверно очень устал, а я тут решила поговорить с тобой об одном деликатном деле.

Она подошла к мужу и осторожно погладила его по руке, только он вдруг отступил.

− Знаешь, когда благородные говорят подобные вещи, они собираются обмануть, − строго сказал Энрар.

 – Так что или говори прямо, или я вообще слушать не стану ни тебя, ни того человека! Благородства с меня уже хватило!"

"Энрар и сам не понимал, почему злился, но в голосе Вилии он узнавал те же нотки, с какими Штэрд совсем недавно давал ему советы: противные, снисходительно-мягкие ноты, от которых сейчас внутри всё вскипало.

− Извини, − выдохнула Вилия. – Я не хотела тебя злить или обманывать. Дело в том, что Сильвер Вангур хочет вернуть себе дом. Он готов его купить, а я пообещала ему, что помогу тебя убедить.

− Он считает, что я буду делать всё, что ты попросишь? – хмурясь, спросил Энрар.

 – Потому что в Эштаре иначе с женами не говорят о делах!

− Нет, что ты, − ответила Вилия, узнавая в глазах мужчины гнев, но совсем его не боясь. – Он пришел ко мне за советом, а я сама подумала, что мы можем поговорить об этом как семья после того, как вы поговорите как мужчины. Просто я выбрала плохой момент для разговора. Прости, я не хотела тебя огорчать.

С искренним сожалением она подошла к мужу, провела рукой по его щеке и, глядя в черные дикие глаза, разгладила пальцем морщинку на его лбу.

Он не отвечал, только смотрел на нее, чувствуя странное беспокойство, причину которого он и сам не понимал, а она ласково улыбалась и просила прощения, только от этого почему-то хотелось сбежать. Сам себя не понимая, он всё же поймал ее за руку, притянул к себе и заглянул в глаза.

− Ты помнишь, что я убью тебя, если ты предашь меня с другим? – спросил он внезапно.

− Рар, − простонала Вилия ошарашенно, совсем не ожидая ревности в эту минуту. – Не думай об этом даже.

Она взяла его лицо в свои ладошки и стала осыпать поцелуями, шепча о том, что он ее муж, что он хороший, добрый и сделал для нее очень многое.

Шептала, целовала, чувствуя руки на своей талии, и понимала, что она не врет ни в одном своем слове, ни в одном своем жесте, ни в одном желании.

− Я не предам, − прошептала Вилия, понимая, что уже предала, только не с мужчиной.

Он не того боялся. Она предала его, как стража, а теперь понимала, что любит, и ничего более мучительного представить уже не могла.

− Ты плачешь? – спросил Энрар, не веря своим глазам.