Дульсинея и Тобольцев, или Пятнадцать правил автостопа

Тема закрыта. Что тебе надо еще?

- Да если бы я сам знал... - вздохнул он в ответ, да так непритворно, что в пору поверить. Снова. - Ладно, тема и в самом деле исчерпана. И раз уж ты категорически не настроена пачкать об меня свои ручки и ножки - пойдем, провожу тебя к выходу из ресторана.

Как случилось все дальнейшее, Дуня так и не поняла. Видимо, зайдя в кабинет, Тобольцев не захлопнул дверь, а только прикрыл. Потому что кто-то вдруг внезапно толкнул ее со стороны коридора, и Иван полетел резко вперед, прямо на нее. Просто сшиб. Дуня падала куда-то назад и ударилась спиной о стол. О самое ребро. От боли на мгновенье просто выключилась. Автостопщик по инерции приземлился сверху, но в последний момент успел упереться руками о столешницу и не придавить Дуняшу. Зато смахнул со стола бумаги, и они с шелестом летали теперь по всему кабинету.

- Простите, - прозвучал чей-то голос из коридора, и дверь снова захлопнулась.

Только открыв глаза и увидев прямо перед собой лицо все того же Тобольцева, Дуня поняла, что, наверное, какое-то время лежала с закрытыми, пытаясь унять боль.

- Мне надо, - прошептала, - как-то сползти вниз. Спина. Отойди, пожалуйста.

- Кажется, мы квиты, теперь я тебя уронил, - он еще шутил, помогая ей аккуратно спуститься на пол и придерживая за плечи. - Хотя я это не специально. И остальное тоже... не специально. Где ударилась, покажи. Это все ваши каблуки дурацкие - такие неустойчивые!

-Поясница, - сказала слабо, - Сейчас.

Иван тоже оказался с ней на полу и внимательно, даже встревоженно смотрел. А Дуня скинула туфли, встала на четвереньки, опустила голову вниз и постаралась расслабиться, снять нагрузку с позвоночника. Она знала, что есть такое упражнение, когда сначала выгибаешь спину вверх, словно разозлившаяся кошка, а потом вниз. Но при нем, конечно, делать такое не могла. Да и злиться уже сил никаких не было."

"- У тебя она раньше болела? - почувствовала осторожное касание к своей пояснице и голос совсем рядом. И сам он рядом.

- Мне кажется, что до встречи с тобой, автостопщик, у меня ничего не болело. А вот как ты только вышел из леса...

- Эх, Дуня, Дуня... - Иван тихонько поглаживал ей больное место и становилось легче, начинало хотеться жить. - Ты разве не знала, что из лесу ничего хорошего не выходит? - А потом наклонился к уху. И тихо: - Извини. За то, что уронил. И за остальное.

Она ничего даже ответить не успела, как дверь распахнулась снова. И Дуня увидела перед собой начищенные мужские туфли очень большого размера. А, подняв голову, увидела и владельца обуви. Тихон Тихий.

Невидимый духовой оркестр исполнил торжественный туш.

- Я убью тебя, - глядя снизу вверх в его глаза сказала Дуняша, - в смысле... не вас, а его.

- Вы все же определитесь, Евдокия Романовна, кого убивать будете.