Варвар для особых поручений

Понимая, что большего от него сейчас не добиться, Вадим вернулся на своё место. Присев на банку, он принялся наблюдать, как побратимы тут же принялись спорить. Внимательно наблюдавший за ним Рольф, задумчиво почесал в затылке и спросил:

— Получилось?

— Что именно? — не понял Вадим.

— Сумел уговорить старого лиса сделать так, как тебе нужно?

— Мне? Нет, брат, это нужно всем нам, — покачал головой Вадим.

— Может, расскажешь?

— Я предложил Свейну пришибить тролля и занять его фьорд, — коротко поведал Вадим."

"Услышав его слова, Рольф несколько секунд удивлённо таращился на него, растерянно хлопая глазами, а потом вдруг громко расхохотался.

Понимая, что вызвало такой приступ веселья, Вадим загадочно усмехнулся в ответ и, откинувшись на борт, принялся ждать, когда гигант успокоится.

Вытирая набежавшие слёзы, Рольф продолжал хохотать. Наконец, немного успокоившись, он покачал головой и сквозь утихающий смех выдавил:

— Да, брат, ты не мелочишься. Ты хоть представляешь, что такое убить каменного тролля?

— То же самое мне говорили Свейн и Юрген. А теперь вон стоят и спорят, как лучше сделать, — усмехнулся Вадим.

 — Ты воин, и должен сразу всё понять. Я скажу только два слова: «греческий огонь».

— Ты предлагаешь сжечь его? — удивлённо спросил Рольф, моментально став серьёзным. — Сильный жар. Пламя. Это может сработать.

— Вот именно. Это может сработать, — кивнул Вадим.

* * *Вывалив в помойную яму рыбьи потроха и отходы с кухни, Налунга тяжело вздохнула и, задумчиво посмотрев на свинцовые волны, подумала: «Неужели так будет всю мою жизнь? Это же несправедливо!».

— А справедливо было продавать в рабство людей сотнями, разлучать детей с родителями, мужей с жёнами? Каждому воздаётся по его делам.

Кому-то за краем, а кому-то и при жизни, — вдруг услышала она в ответ и, выронив помойную бадью, едва не грохнулась в обморок от испуга.

Её удержала только боль. Тяжёлая бадья, упав, больно стукнула её по ноге, заставив взвизгнуть, и, забыв про испуг, запрыгать на одной ноге, держась руками за другую.

— А хвасталась, что колдунья. Любого одним взглядом убить можешь, — насмешливо произнёс всё тот же голос. — Бабы так и останутся бабами, что королевы, что колдуньи. Сядь и перестань губами шлёпать.

Мне поговорить с тобой надо.

— Кто ты? — растерянно охнула рабыня, послушно плюхаясь на песок.

— Забыла уже, как звала меня?

— Так я же приказ хозяина исполняла, — испуганно пролепетала Налунга, едва не хлопаясь в обморок снова.

— Знаю. В общем, так. Ты должна внимательно следить за тем, что твой хозяин ест или пьёт. Каждый кусок, каждый глоток отслеживать. Сделаешь всё как надо, прикажу ему отпустить тебя. Нет — пожалеешь, что на свет родилась.

— А какой именно хозяин? Их тут много, — пролепетала рабыня.