Ваше Сиятельство #3

С красивыми всегда намного труднее. Уж терпи — боги дали тебе радость и волнение в одном лице!». Что ж, придется потерпеть и мне, Астерию. Это даже интересно. Тем более мне нравятся сложные люди — с ними не бывает скучно.

Она вернулась, одетая в легкий наряд из золотистого шелка и села на диван.

— Хочешь чай? Еще горячий, — она указала на столик, где стоял фарфоровый чайник, недопитая чашка чая с кусочком лимона, сладости и бутылка с коньяком. — Боги, как же тяжело с тобой, Саш! Неужели нельзя было мне сказать, что ты уходишь? Сказать куда уходишь и когда вернешься. Пока тебя ждала, вся извелась.

Выпила для успокоения, а успокоения все нет. Потому что тебя нет! — последние слова она произнесла, резко повернувшись ко мне. — Даже Майклу сообщение отослала — он тоже не отвечает. Я еще больше разволновалась. Только не рассказывай снова одно и то же, что ты очень взрослый. Я это давно поняла. Но происходящее с тобой меня беспокоит и будет беспокоить всегда.

Ее слова о позднем сообщении Майклу легли неприятным осадком. Мой взгляд снова вернулся к столику: там стояло две чайных чашки, коньячных рюмки тоже было две.

Неужели она ждала, что этот бритиш отзовется на ее сообщение и приедет сюда?

— Нет, спасибо. Чай не буду. А вот коньяк… Ты ждала своего Майкла? — я подумал, что мое наступление в нашем разговоре будет полезным. Полезным, хотя бы тем, что я смогу отодвинуть в сторону ее расспросы о произошедшем со мной и Талией.

— Я беспокоилась о тебе и мне было одиноко. Мне нужна была поддержка. В чем вопрос, я не понимаю, Саш, — она пристально смотрела на меня своими красивыми карими глазами, в которых всегда было много тепла. Иногда даже казалось, что его слишком много.

И сказала: — Сними наконец эту возмутительную одежду! Выглядишь ужасно, точно какой-то мусорщик."

"Я снял кожанку и жилет, положил их просто на пол, глядя на голые ноги графини. Если бы она знала, что я большей частью Астерий, то, наверное, не представала передо мной в столь вольных позах и возмутительно легких одеждах. Хотя как знать.

— Так лучше? — спросил я, оставшись в своей вполне приличной рубашке и джанах.

Она кивнула: — Жду, когда ты расскажешь всю правду, что случилось с тобой и Талией. И еще спрошу тебя об очень важном, — последние слова она произнесла, словно приглядываясь ко мне.

 — Об этом позже спрошу. Рассказывай, где вы были с Евстафьевой и что с вами произошло.

— Мам, Талия уже все рассказала. Она немного преувеличила, но суть произошедшего верна. Все это следствия событий, которые произошли в Шалашах. Помнишь, в среду я пришел поздно и говорил тебе о стычке с Новаковским и некоторыми другими из Резников? Ты тогда еще удивлялась, что я подружился с графом Сухровым, — она кивнула, нахмурившись, и я продолжил: — Вот.