Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

 – Теперь возьмем щепоть порошка из философского камня…

Старик слазил в бутыль, достал чуток состава, бросил его в свинец, вернул сверток обратно в святую воду, сдернул с крючка палочку, небрежно помешал ею расплав. В подвале запахло горелым, от тигля вверх потянулась струйка дыма. Отбросив обугленный черенок, алхимик снова взялся за кузнечные щипцы, снял свинец. Прикусив губу, наклонил плошку над другой, через изгиб опять потек металл. Но не тот, что сверху, а нижний, более тяжелый… желтый, сверкающий чистотой."

"Изабелла и сарацин изумленно охнули, Пересвет отчего-то схватился за ухо, Дарья облизнулась.

Егор тоже зачесал рукой в затылке, не веря собственным глазам. Все его нутро буквально восставало против однозначного факта, продемонстрированного алхимиком: часть свинца из тигля прямо вот сейчас стала золотом! Превратилась из одного химического элемента в другой без использования ускорителей, облучателей, реакторов и центрифуг! Это было фактом – однако же все нутро образованного человека из двадцать первого века восставало против реальности!

Сглотнув, Вожников раскрыл сумку, выложил на стол второй цехин и потребовал:

– Сделай еще раз!

Старик весело хмыкнул, вернул еще не застывший свинец на жаровню, пару раз пшикнул мехами, слазил за порошком, кинул щепотку, спрятал бутылочку, снял с крючка палку, занес над тиглем – и тут его руку перехватил Вожников:

– Почему ты деревяшкой мешаешь? – поинтересовался он.

 – Она же испортится! Нечто железной лопатки не купить?

– Дерево живое, железо мертвое, – попытался объяснить алхимик, но Егор уже вывернул палочку из его рук.

Взвесив в руке, удивленно вскинул брови:

– Чего это она у тебя такая тяжелая? Дерево по имени чугуний?

Молодой человек положил палочку на стол, взял один из тиглей и с размаху ударил по торцу.

Послышался треск, щепа полетела в стороны, и в свете свечей блеснул желтый благородный металл.

– Вот и вся трансмутация, – удовлетворенно перевел дух Егор. – Когда он палкой свинец мешает, золото плавится и вытекает. Деревяшка же при этом сгорает, и все, никаких следов.

– Обманщик… – Шевалье Изабелла схватилась за рукоять меча. – Жулик! Вор!

– Ладно тебе, рыцарь. – Покачнувшийся было в разуме Вожникова мир наконец-то вернулся на прежние твердые и материалистические позиции, что сразу настроило Егора на благодушный лад.

 – Это ведь просто фокус. Иллюзия. Проверка на внимательность.

Он сгреб со стола цехины, вместо них кинул какую-то крупную серебряную монету из немецких:

– Это тебе за представление… – И, внезапно схватив старика за бороду, резко рванул ее вниз. Алхимик громко вскрикнул, борода осталась в руке Егора. Вожников расхохотался: – Я это с самого начала заподозрил! Уж больно красивая. Ладно, пошли.