Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Никогда, разве что вдруг разверзнутся небеса!

– Так уж и никогда?

Сложно было сказать, кто из них сделал шаг первым: князь ли приобнял девушку, Аманда ли приникла к Егору, а только губы их, опасно приблизившись, вдруг слились в долгом и затяжном поцелуе, и этого поцелуя словно бы давно ожидали оба! Рука князя скользнула к веревке, сдерживающей импровизированную тунику Аманды… и вот уже старая парусина упала к ногам, а на нее, сверху, улеглись двое…

Карие сияющие глаза! Вьющийся золотом водопад локонов, стройное юное тело… Изогнувшись, Егор накрыл губами грудь, погладил девушку по спине, обнял… с такой силой, что Аманда вдруг застонала от боли – сломанные ребра давали себя знать!

– Ах, извини, милая… хочешь, поглажу тебе спинку? Повернись…

– Да, мой сеньор… вы такой ласковый… нежный…

Цветущие магнолии и рододендроны накрыли предавшихся любви беглецов душистой розовато-сиреневой пеленою, Аманда выгнулась, позабыв о боли и уносясь мыслями в высокое бледно-синее небо.

Туда же, куда давно уже унесся Егор.

– А теперь выкупаемся, милая! Прямо здесь, в ручье.

– Там же холодно!

– Не думаю, чтобы очень.

Ну же, давай!

– Подождите… Я… я только хочу сказать – спасибо, что не бросили меня.

– Это ты меня не бросила. Без тебя б я так и гнил на том проклятом судне.

Немного отплыв от берега, беглецы поставили парус и, смеясь, словно дети, радовались почти что попутному ветру, что, ударив в левый борт, ходко погнал лодку на север.

– Ловко ты! – поглядев, как девчонка управляется с парусом, скупо похвалил князь. – Думаю, куда-нибудь да мы приплывем – с таким-то шкипером.

Аманда повела плечом:"

"– Я ж дочь рыбака.

Я много чего умею, море мне как дом.

– Так что же, до Матаро с тобой дотянем запросто?

– А почему бы и нет? Только… – девчонка на миг замялась. – Только мне надо сначала просто увидеть берег, а там… А ну, поправьте-ка курс!

– Этак и я доберусь, – рассмеялся Егор, по указанию своей опытной в морском деле спутницы послушно потянув парус за самодельный шкот. – Вдоль берега-то. Калелья, Пинеда, Аренис-де-Мар… Какие еще там близко городки-деревни?

– Много чего есть, – Аманда пригладила волосы, точней – попыталась это сделать, да не справилась – порыв ветра трепал сияющие золотом пряди, рассыпал, словно несвязанные снопы спелой пшеницы.

 – Лорет-де-Мар, Санта-Сусанна – там монастырь женский.

Девушка сейчас вовсе не напоминала то забитое, дрожащее от страха существо, которое князь не так и давно видел в застенках святой инквизиции: веселая, уверенная в себе, юная ведьма – а после встречи с собаками князь так и считал, что все-таки – ведьма! – Аманда даже, казалось, стала сильнее, уж энергичнее – точно.