Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Прошло все, кануло в Лету, точно так же, как и прежняя жизнь Егора – с пилорамами, с лесовозами, с заботами разными… нынче казавшимися такими мелкими, ничтожными… По сравнению с империей-то что там пилорама? Да-а… Гладя спящую супругу, Вожников вдруг поймал себя на мысли, что с каждым годом ему все меньше и меньше хочется вернуться домой, назад, в свою эпоху. Дом-то давно уже здесь! И любимая жена, дети, друзья… Да даже если б и появилась возможность вернуться – воспользовался бы? Ну, наверное, если только – туда-сюда-обратно. А если там, в будущем, навсегда остаться, то тогда нет, не надо! Как это он там будет – без своих любимых, без друзей… без забот о государстве! Нет!

Князь вздрогнул: показалось вдруг, где-то за лесом вдруг затарахтел трактор… Нет! Дятел все же.

А если даже и с женой и детьми – туда… обратно? И что, приживутся они там? Ну, разве что если всю оставшуюся жизнь прожить в лесу, у пилорамы – без всяких достижений цивилизации…

Осторожно, чтоб не разбудить супругу, Вожников выбрался из шатра, спустился к подернутой прозрачным ночным туманом реке, присел к горевшему костерку ночной стражи, поболтал с дежурным десятником – любил иногда вот так, запросто, не чинясь, знал, людям это нравится.

С неожиданным удовольствием похлебал предложенной ушицы, на этот раз – с форелью, попил теплого сбитня… да так и просидел почти до самого рассвета, глядя на вынырнувшую из тумана одинокую купеческую ладейку-насад.

– Ранние пташки, – ухмыльнулся десятник. – Небось тоже в Ладогу плывут. За товаром.

С ладейки давно заметили костры, да к берегу не пристали, наоборот, прошли поодаль.

– Ночует кто-то, – повернув голову, промолвил седобородый мужик-кормщик. – Сны досматривает. Одни мы – с ранья.

– Ничего, ничего, – посмеялся сидевший на кормовой скамье Тимофей, ныне обрядившийся в одежку простого приказчика – крашенные яичной скорлупою порты, поршни с онучами, кургузый кафтан поверх пестрядной рубахи. Лишь пояс остался прежним, воинским, да и нож… – Кто рано встает, тому Бог подает. Так говорят, кажется. Так ты сказал, сведешь нас с обозниками?"

"– Сказал – сведу, – подогнав гребцов, важно заверил кормщик.

 – Можете весь обоз нанять, а можете – по отдельной запряженной телеге. Сразу за обоз – дешевле выйдет.

– Но у нас в Ладоге свои люди. Нам не нужны обозники!

– Ну, тогда телегами. Эвон, ладеек-то сколько!

Кормщик кивнул на дальний берег с приземистыми остовами судов в колеблющемся молочно-белом тумане.

– Люди, видать, воинские.

– С чего ты взял? – насторожился собеседник.

– На лодейках щиты да башни видишь?

– Так ведь туман.

– А ты присмотрись, господине.