Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Да так неслышно подошла, князь не повел и ухом, лишь повернувшись, взял княгиню за руку:

– А-а-а, вот и солнце мое! Салад, говоришь?

Елена повела плечом:

– Ну да! Карла французского подарок.

– Это с колонтарем-то его надеть советуешь? – хохотнул князь.

– Да что я, дура? – княгинюшка возмущенно фыркнула и махнула рукою. – Я думала, ты панцирь миланский оденешь… Но раз колонтарь – тогда шелом или мисюрка. И – сабля, не палаш.

– Ты думаешь?

– Сабля к шелому ордынскому куда больше подходит.

– Ну, как скажешь, милая.

В темно-голубом, с шелковыми серебристыми вставками и глубоким вырезом, бархатном платье, сшитом по последней бургундской моде, со стягивающим солнечно-золотистые волосы, усыпанным самоцветами обручем, великая княгиня смотрелась настолько загадочно и заманчиво, что Егор обнял жену за шею и, крепко поцеловав в губы, восхищенно потряс головой:

– Ты у меня, как пиковая дама!

– Вот уж неправда! – забавно наморщив лоб, возразила Елена.

 – В гаданьях я всегда червонной дамой была.

Князь покладисто согласился:

– Ну, червонная так червонная, спорить не буду. Ты что пришла-то? Спросить хотела чего?

– Просто так заявилась, тебя проведать – нельзя?

– Да можно, милая…

Покусав губы, княгинюшка вдруг прижалась к мужу щекой и тихонько молвила:

– Может, думаю, посоветуешься ты со мной, как обычно делал.

Дело-то непростое, я ж вижу.

Егор погладил супругу по волосам и вздохнул:

– Непростое – да.

– Так что ж совета не спросишь, любый? – В синих глазах княгини вспыхнули золотистые искорки. – Или тебя когда подводила, плохое советовала?

Елена говорила тихо, но весьма уверенно, еще бы – если б не ее советы, так где бы был сейчас князь Егор? И вообще – кем бы?

– Позже хотел поговорить с тобой, милая, – ничтоже сумняшеся, соврал князь.

 – Вот выберу доспехи и…

– Так выбрал уже! – княгинюшка звонко расхохоталась, показав крепкие белые зубки. – Колонтарь, сабля, шелом. Выбрал, а теперь – спроси. Что в этом походе самое трудное? Небось, Витовта интриги?

– Да черт с ним, с Витовтом, – с досадою отмахнулся Вожников. – Мне б своих князей примирить.

– Звенигородского Юрку да нижегородского Ивана Тугой Лук?

Егор хмыкнул: что ни говори, а родная супружница была очень неплохо осведомлена обо всех местных фигурах, даже, пожалуй, куда лучше, нежели сам князь.

Ну, так ведь местная! С детства в этом соку варилась, сплетни да слухи слушала.

– Я бы, конечно, Юрию какие-нибудь другие земли пожаловал вместо Нижнего, – задумчиво произнес князь. – Да вот возьмет ли? По характеру-то он горд, неуступчив.

– Уверен в себе зело, – Елена недобро прищурилась. – Думает, все хорошо у него…"

"– Да ведь так и есть… или?..

– Вот именно – или, – княгиня как-то покровительственно взглянула на мужа и кивнула на лавку.