Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

– Сотник наш скачет – всмотревшись, радостно сообщил воевода. – Евдоха-младой из разведной сотни. Посейчас и доложит – где там враги.

Юрий Дмитриевич пощипал бороду:

– Вовремя он… Ну, пущай докладывает, послушаем.

Взлетев на холм, молодой ратник спешился и, подбежав ближе к начальству, низехонько поклонился, аккуратно придерживая болтавшуюся у пояса саблю:

– Войско вражье идет, великий князь! На пустоши станом стало, рвы роют – токмо бы нас остановити!

– Рвы? – озаботился Юрий. – Хитро, ничего не скажешь. Знать, здесь хотят бой дать, к городу не пустить.

А что на реке?

Сотник бодро тряхнул головой:

– На реке тоже все плохо! Ладей – сонмище, нижегородцы, похоже, и торговые ладьи с собой прихватили. Все с пушками!

– Это плохо, – Юрий Дмитриевич покривил губы тонкие губы и решительно махнул рукой. – Кузьма Иваныч, вели трубить поход! Рать судовая пусть вниз по реке идет, но не быстро, и покуда в бой не вступает… покуда мы пеших не разобьем! Нам же, и пешим, и конным, наоборот, поспешать надобно, покуда вражины рвы не выкопали, не укрепились.

– Слушаюсь, государь!

Поклонившись, воевода поспешно побежал к дожидавшимся поодаль сигнальщикам и вестовым – живенько распорядился, кулаком погрозил, замахал руками.

Затрубили на холме боевые трубы, барабаны загрохотали, взвились на длинных копьях разноцветные флажки-прапора, бросились к отрядам вестовые.

Юрий Дмитриевич вскочил в седло, нахлобучил на голову поданный оруженосцем шелом с золотым образом Божьей Матери, перекрестился да дернул повод – вперед, вперед, вперед!

А вперед уже вырвалась легкая конная сотня – лучники на быстрых конях.

До подхода кованой рати забросать врага стрелами, так, чтоб головы никто поднять не смог, не то что там рвы какие-то рыть!

Задрожала земля, оборвались, слетели с растущих вдоль дороги берез первые желтые листья – за легкой сотней двинулась тяжелая конница, опытнейшие, надежные воины – дети боярские да служилые люди. Псы войны, войною живущие, – профессионалы.

Мерно покачивались копья, злые доспешные кони тяжело копытили землю, катилась всесокрушающая стальная лава! Лица закованных в латы всадников прикрывали страшные маски с прорезями для глаз, так, что казалось, эти грозные воины вовсе не люди, а демоны, явившиеся прямо из ада!

Князь Юрий Дмитриевич со всей своей свитою ехал во главе латного войска.

Позади, глотая поднятую копытами пыль, уныло шагала пехота. Вот впереди, за деревьями, что-то блеснуло… Шлемы и латы врагов! Вот они, нижегородцы, не так-то их и много, и все больше пеших, нежели конных.