Вдова его величества

– Ты слишком долго была в этом теле, рожденная пламенем, – существо растянуло губы тетушки Лу в уродливой улыбке. – Твои силы иссякли. И сейчас ты – лишь корм для моих детей. Слышишь? Они уже идут…

Шелест. Шепот. Скрежет…

Лодки, поднявшиеся со дна болот, сплетенные из костей и волос, обтянутые гниющей кожей, пристали к берегу, выпуская тех, кого не спасти.

И долг Кайдена возрос неимоверно.

– А ты, дитя королей… в тебе слишком много иной, слабой крови, – тварь медленно развернулась, уставившись пустыми глазницами на Кайдена. И по щекам человеческим бежали кровавые слезы. Они ползли на шею и по шее, добираясь до ткани, пропитывая ее алым цветом. – Твой славный предок оказался не способен противостоять мне. Так неужели ты надеешься?

Тьма захныкала. А Призрак прижался к ноге, чувствуя силу иную.

Но Кайден оскалился:

– Я попробую.

– Ты, создание разума, скажи им, что мне не нужны жалкие их жизни. Я пришла за тем, что было обещано. Договор заключен, – она протянула дрожащую руку. – Эта смертная принадлежит мне.

– Нет, – тихо произнесла Катарина.

– Если думаешь, что огненная кровь защитит тебя, то зря. Моим детям она преграда, а для меня… так даже лучше. Чем крепче сосуд, тем больше в нем соберется силы. Иди ко мне, дитя. Не бойся. Не будет боли. Не будет сожалений. Не будет ничего, кроме мести. Ты ведь хочешь отомстить им за все обиды?

– Нет, – Катарина произнесла это громче. И слово отразилось в стенах старого дома.

– Иди, и они останутся живы…

– Нет, – Кайден произнес это слово, уже понимая, что не отступит.

И да, он слабее. Ее. И ее тварей, некогда бывших людьми. Следовало бы выжечь проклятые болота сразу, как возникло подозрение, но нет, понадеялся, что справится.

– Нет, – Джио распрямилась.

– К сожалению, – змей развел руки и пошевелил плечами, – разум – не их стихия. А я, как оказывается, слишком долго жил среди смертных, чтобы руководствоваться лишь им.

Тварь захохотала.

И смеялась, смеялась, пока не захлебнулась криком и кровью, что хлынула из горла. В следующее мгновение тетушка Лу просто осела на пол мешком плоти. Покатился венец из желтых алмазов, исчезнув под столом, а в окно ударила первая стрела.

Глава 39

Когда-то давно, на заре мира, когда он был прочнее, он знавал множество битв. И гудели рога, призывая к оружию, и море ярилось, норовя стряхнуть с загривка корабли. Стрелы рассекали хрустальный от мороза воздух, и пламя, вцепившееся в перья, согревало его.

Стонала земля, но держала сотни и сотни бойцов.

А прибрежные скалы спешили взять свое. И часто камни становились красны от крови, а уж потом, после, на них, пропитавшихся этой кровью до самого нутра, вырастал мох.

Это было давно."

"Кайден отряхнулся и закрыл глаза.

Фоморы приближались.