Ведьма без лицензии

—  Параллельно будем вести переговоры с аптеками.Уверена, целители справятся не хуже ведьм, а в плане репутации мы даже выиграем.

—  За столом о работе вредно для пищеварения, —  перебивает Сквозя и обиженно отворачивается.

—  За такое сеньор Сквозняк и клюнуть может, —  замечает экономка.

На стол накрывает лакей, но блюдо экономка выносит лично и с не понятной мне торжественностью снимает круглую серебряную крышку. Под крышкой… сырники. Кажется, когда Ирвин представлял экономку, он упоминал и сырники, и что экономка готовит их исключительно по своему усмотрению на праздники.

Какая честь…

Я перекладываю пару штук к себе на тарелку, но попробовать не успеваю —  в столовую входит Кай и коротко докладывает:

—  Прибыл жрец-очиститель.

Почему это звучит как очиститель от накипи или что-то вроде того?

Я привстаю, мне не терпится избавиться от принадлежности храму Нексин Всеблагой, и получаю удар клювом в макушку.

—  Завтракать, ведьма.

—  Сквозя, ты тиран!

—  Я умный.

—  Угу…

Пока я препираюсь со Сквозей, Арен утаскивает с блюда первый сырник, пробует. Выражение его лица становится сперва удивлённым, затем блаженным, он смакует сырник словно таящую на языке карамельку, а затем хищным. Арен перекладывает к себе на тарелку сразу два сырника. Ольза не отстаёт.

Если не успею —  обижу экономку.

Покосившись на гостей, я решительно раскладываю сырники на две тарелки. Два беру себе, а остальные откладываю на пусту. тарелку из расчёта на Ирвина, он ведь сказал, что обожает их.

Арен разочарованно вздыхает, поняв, что больше ему не перепадёт, а вот Ольза легко ухватывает с его тарелки.

Ирвин появляется через пару минут. Я к этому моменту доедаю свою порцию:

—  Сырники и правда божественные!

—  Сеньора Флайсти?! —  Ирвин смотрит на пустое блюдо с таким видом, будто вот-вот расплачется. Невооружённым глазом видно, что он шутит, но всё равно, как говорится, в каждой шутке есть доля шутки.

—  Ирвин, взгляни.

Я демонстрирую один из отложенных нежно-золотистых сырников. Ирвин идёт ко мне, как зачарованный, преданно заглядывает в глаза. Я предвкушающе улыбаюсь. Про то, что мы в столовой не одни, я благополучно забываю, снимаю сырник с вилки и, удерживая пальцами, обмакиваю в розетку с брусничным вареньем. Ирвин легко принимает правила игры и берёт еду с рук, слизывает упавшие на ладонь капельки варенья, целует.

Второй сырни я обмакиваю в мёд. Интересно, Ирвину как больше нравится? Спрашивать не буду, попробую угадать. Я краем глаза замечаю, что экономка уходит, и почему-то лицо у неё пылает ярким малиновым.

—  Сестрёнка, пойдём, мы тут лишние. Сейчас у них сырники кончатся, и они друг за друга примутся.

—  Ага…

—  Бесстыжие, —  вздыхает над головой Сквозя, —  но птенцов хочется.