Ведьмак

Может, на Сборе нам удастся повлиять на судьбы мира и населяющих его людей?

– Не забудьте о краснолюдах, – сказал Джианкарди, – и их банках.

– Постараемся. Кстати, коли уж мы об этом заговорили…

– Внимательно слушаю.

– У меня были расходы, Мольнар. А если я сниму со счета у Вивальди, опять кто-нибудь попробует утопиться, так что…

– Йеннифэр, – прервал краснолюд, – ты у меня пользуешься неограниченным кредитом. Погром в Венгерберге случился очень давно. Возможно, ты забыла, но я не забуду никогда. Никто из семейства Джианкарди не забудет. Сколько тебе нужно?

– Тысячу пятьсот темерских оренов с переводом на филиал Чианфанелли в Элландере на адрес храма Мелитэле.

– Принято. Приятный перевод – взносы в пользу храмов не облагаются налогами. Что еще?

– Сколько сейчас платят за обучение в школе в Аретузе?

Цири прислушалась.

– Тысячу двести новиградских крон, – сказал Джианкарди. – Для учениц не жалеют ничего, живут в Аретузе как принцессы. А ими кормится половина города – портные, сапожники, кондитеры, поставщики…

– Знаю. Внеси две тысячи на счет школы. Анонимно. С указанием, что это за зачисление и задаток за обучение.

Джианкарди отложил перо, взглянул на Цири, понимающе улыбнулся. Цири, сделав вид, будто изучает книгу, внимательно слушала.

– Все, Йеннифэр?

– Еще триста новиградских крон для меня. Наличными. Для Сбора на Танедде мне потребуются по меньшей мере три платья.

– Зачем тебе наличные? Дам банковский чек. На пятьсот. Импортные ткани тоже чертовски подорожали, а ведь ты не станешь надевать шерсть или лен. И если что-либо потребуется тебе или ученице в Аретузе, мои склады и магазины в твоем распоряжении.

– Благодарю.

– Проценты, – поднял голову краснолюд, – ты заплатила семье Джианкарди авансом, Йеннифэр. Во время погрома в Венгерберге. Не будем об этом.

– Не люблю таких долгов, Мольнар.

– Я тоже. Но я – купец, краснолюд дела. Я знаю, что такое обязательность. Знаю ей цену. Повторяю: не будем больше об этом. Со всем, о чем ты просила, покончено. О чем не просила – тоже.

Йеннифэр подняла брови.

– Некий близкий тебе ведьмак, – хохотнул Джианкарди, – недавно посетил городок Дорьян. Мне донесли, что он там задолжал ростовщику сто крон.

Чародейка кинула взгляд на Цири, сильно поморщилась.

– Мольнар. Не суй пальцы в дверь, в которой испортились петли. Сомневаюсь, чтобы он все еще считал меня близкой, а если узнает о покрытии долга, возненавидит вконец. Ты ведь его знаешь, он честолюбив до идиотизма. И давно он был в Дорьяне?

– Дней десять назад. Потом его видели в Малом Логе. Оттуда, как мне сообщили, поехал в Хирунд, потому что получил задание от тамошних фермеров.