Ведьмак

Меж пальцев хлынула кровь. Цири вскрикнула, попятилась. Терранова отнял от лица окровавленные руки, диким, рвущимся голосом принялся было выкрикивать заклинания, но не успел. За его спиной возникла размытая фигура, ведьмачий клинок просвистел в воздухе и перерубил ему шею под самым затылком.

– Геральт!

– Цири!

– Отложите нежности на потом! – крикнула с каменной стены сова, оборачиваясь темноволосой женщиной. – Уходите! Сюда бегут «белки»!

Цири высвободилась из рук Геральта, глянула недоуменно. На сидящую на стене женщину-сову было страшно смотреть. Обожженная, обшарпанная, измазанная пеплом и кровью, она выглядела ужасно.

– Ты, маленькое чудовище, – сказала женщина-сова, глядя на нее сверху. – За твое несвоевременное прорицание тебя надо было бы… Но я кое-что обещала твоему ведьмаку, а я всегда держу слово. Я не смогла дать тебе Риенса, Геральт. Взамен даю ее. Живую. Бегите.

* * *"

"Кагыр Маур Дыффин аэп Кеаллах был взбешен. Девчонку, которую ему приказали схватить, он видел всего минуту, но не успел ничего предпринять, потому что эти чертовы чародеи распалили в Гарштанге такое пекло, что невозможно было что-либо сделать.

Кагыр заплутал в дыме и пожаре, вслепую кружил по коридорам, метаясь по лестницам и галереям, проклиная Вильгефорца, Риенса, себя и весь мир.

От встреченного эльфа он узнал, что девчонку видели за стенами дворца, бегущей по дороге на Аретузу. И тут счастье улыбнулось Кагыру. Скоя’таэли обнаружили в конюшне оседланного коня.

– Беги быстрее, Цири. Они близко. Я задержу, а ты беги. Беги что есть мочи. Как на Мучильне!

– Ты тоже оставляешь меня одну?

– Я – следом. Только не оглядывайся!

– Дай мой меч, Геральт.

Он взглянул на нее.

Цири невольно попятилась. Таких глаз у него она не видела никогда.

– Получив меч, ты вынуждена будешь убивать. Сможешь?

– Не знаю. Дай меч.

– Беги. И не оглядывайся.

На дороге зацокали копыта. Цири обернулась. И замерла, парализованная страхом.

Ее догонял черный рыцарь в шлеме, украшенном крыльями хищной птицы. Крылья шумели, развевался черный плащ, конские подковы выбивали искры из булыжников дороги.

Цири не могла пошевелиться.

Черный конь прорвался сквозь придорожные кусты, рыцарь громко крикнул. В крике этом была Цинтра. Ночь, смерть, кровь и пожар.

Цири переборола обессиливающий страх и бросилась бежать. С разбегу перепрыгнула живую изгородь и упала на каменные плиты маленького дворика с бассейном и фонтаном. Отсюда не было выхода, дворик окружали высокие и гладкие стены. Конь захрипел у нее за спиной. Она попятилась, споткнулась и вздрогнула, уткнувшись спиной в твердую и податливую стену. Ловушка.

Хищная птица захлопала крыльями, срываясь в полет. Черный рыцарь рванул коня, перескочил через живую изгородь, отделяющую его от двора.