Ведьмак
Одна из лучших фэнтези-саг за всю историю существования жанра.Оригинальное, масштабное эпическое произведение, одновременно и свободное от влияния извне, и связанное с классической мифологической, легендарной и сказовой традицией.Шедевр не только писательского мастерства Анджея Сапковского, но и переводческого искусства Евгения Павловича Вайсброта.«Сага о Геральте» – в одном томе.Бесценный подарок и для поклонника прекрасной фантастики, и для ценителя просто хорошей литературы.Перед читателем буквально оживает необычный, прекрасный и жестокий мир литературной легенда, в котором обитают эльфы и гномы, оборотни, вампиры и «низушки»-хоббиты, драконы и монстры, – но прежде всего люди.Очень близкие нам, понятные и человечные люди – такие как мастер меча ведьмак Геральт, его друг, беспутный менестрель Лютик, его возлюбленная, прекрасная чародейка Йеннифэр, и приемная дочь – безрассудно отважная юная Цири…
Геральт едва успел парировать удар, отскочил от падающей на него ткани. Закружился, избегая мелькающего в молниеносных ударах меча, снова отскочил. Она налетела на него, бросила юбку прямо в глаза, ударила вблизи с полуоборота. Он уклонился, увернувшись совсем рядом с ней. Она знала эти приемы. Развернулась одновременно с ним и, почти коснувшись его, так что он почувствовал ее дыхание, проехала ему лезвием по груди. Боль резанула его, но он не сбил темпа. Развернулся еще раз, в противоположную сторону, отразил клинок, летящий к его виску, сделал быстрый финт и выпад. Ренфри отскочила, наклонилась для удара снизу.
"Она не крикнула. Упала на колено и на бок, отпустила меч, впилась обеими руками в рассеченное бедро. Кровь толчками запульсировала между пальцами, ручейком стекая на изукрашенный пояс, на лосиные сапоги, на грязную брусчатку. Толпа, втиснутая в улочки, зашевелилась и заорала.
Геральт спрятал меч.
– Не уходи, – простонала она, свертываясь в клубок.
Он не ответил.
– Мне… холодно…
Он не ответил.
– Геральт… обними меня.
Он не ответил.
Она отвернулась и замерла, прижавшись щекой к камням. Кинжал с очень острым лезвием, который она до того скрывала своим телом, выскользнул из ее мертвеющих пальцев.
Прошла минута, показавшаяся вечностью. Ведьмак поднял голову при звуке стучавшего по брусчатке посоха Стрегобора. Волшебник быстро приближался, обходя трупы стороной.
– Ну, бойня! – засопел он. – Видел, Геральт, все видел в кристалле…
Он подошел ближе, наклонился.
– Невероятно, – покачал он головой. – Сорокопутка мертвая. Совершенно.
Геральт не ответил.
– Ну, Геральт, – выпрямился волшебник, – иди за повозкой. Возьмем ее в башню. Надо сделать вскрытие.
Он глянул на ведьмака и, не дождавшись ответа, наклонился над телом.
Кто-то, незнакомый ведьмаку, сидящий внутри него, стиснул рукоять меча, быстро выхватил его из ножен. «Только коснись ее, колдун, – сказал тот, кого ведьмак не знал. – Только коснись ее, и твоя голова окажется на брусчатке».
– Ты что, Геральт, спятил? Да ты ранен, в шоке! Вскрытие – единственный способ узнать…
– Не прикасайся к ней!
Стрегобор, видя занесенный над ним меч, отскочил, взмахнул посохом.
– Хорошо! – крикнул он. – Как хочешь! Но ты так никогда и не узнаешь! Никогда не будешь уверен! Никогда, слышишь, ведьмак!
– Прочь!
– Как хочешь. – Маг повернулся, ударил посохом в брусчатку. – Я возвращаюсь в Ковир, ни на мгновение не задержусь в этой дыре. Пошли со мной. Не оставайся здесь.















