Ведьмак

"

"Единорог привел ее к неглубокой впадине между скалами, дно которой выстилал песок. Цири ползла из последних сил. Но ползла. Потому что песок был влажный.

Единорог остановился над небольшим углублением в песке, заржал, ударил копытом раз, другой, третий. Она поняла. Подползла ближе, стала помогать. Рыла, обламывая ногти, копала, отбрасывала. Возможно, всхлипывала при этом, но не отдавала себе в том отчета. Стоило в углублении появиться грязно-коричневой жиже, как Цири тут же приникла к ней губами, глотала мутную воду вместе с песком так жадно, что жидкость мгновенно исчезла.

Цири с величайшим трудом взяла себя в руки, углубила ямку, помогая кордиком, потом села и стала ждать. Скрипя песком на зубах и дрожа от нетерпения, она ждала, чтобы лунка снова наполнилась водой. А потом пила. Долго.

В третий раз она дала воде немного отстояться, выпила глотка четыре без песка, только с мутью. И тут вспомнила о единороге.

– Ты, наверно, тоже хочешь пить, Конек? – сказала она. – Но ведь грязь ты пить не станешь. Коньки грязи не пьют.

Единорог заржал.

Цири углубила ямку, укрепив ее края камнями.

– Погоди, Конек.

Пусть немного отстоится.

Конек фыркнул, топнул, отвернулся.

– Не косись. Пей.

Единорог осторожно поднес ноздри к воде.

– Пей, Конек, это не сон. Это всамделишная вода.

* * *Вначале Цири тянула, не хотела отходить от ключа. Придумала, как лучше пить. Просто надо было выжимать в рот намоченный в ямке платочек, что позволяло отцедить песок и тину. Но единорог налегал – ржал, топал, отбегал, возвращался снова. Он призывал идти и указывал дорогу. Хорошо подумав, Цири послушалась – Конек прав, надо идти, идти в сторону гор, выбраться из пустыни.

Она двинулась следом за единорогом, оглядываясь и тщательно фиксируя в памяти положение источника. Она не хотела блуждать, если б пришлось возвращаться.

Вместе они шли весь день. Единорог, которого она назвала Коньком, вел. Это был удивительный Конек. Он обрывал и жевал стебли, которых не тронула бы не только лошадь, но и изголодавшаяся коза. А обнаружив в камнях колонну больших муравьев, тут же принялся поедать их. Сначала Цири изумленно смотрела на него, потом присоединилась к пиршеству. Она была чертовски голодна.

Муравьи оказались ужасно кислыми, но, возможно, благодаря этому у нее не возникали позывы.

Кроме того, муравьев было много, и можно было поработать занемевшими челюстями. Единорог съедал насекомых целиком, она же удовольствовалась брюшками, выплевывая твердые части хитиновых оболочек.

Пошли дальше. Единорог высмотрел несколько кустиков пожелтевших ковылин и с удовольствием сжевал их. На этот раз Цири не присоединилась. А когда Конек отыскал в песке ящериные яйца, ела она, он же только посматривал.

Пошли дальше.