Ведьмак. Перекресток воронов (Анджей Сапковский)

Радость от возвращения Плотвы немного притупила горечь утраты мечей и медальона, конской сбруи и вьюков, а особенно — его ведьмачьих эликсиров. Жрицы пообещали воссоздать в храмовой лаборатории весь его набор, все эликсиры до единого. Они трудились над этим целый месяц и, как уверяли, добились успеха. У Геральта не было причин им не верить.

Потеря мечей и медальона всё равно давила тяжким грузом.

По аллее между голыми деревьями он направился к мыловарне. Несколько послушниц работали у чанов, откуда доносились ароматы ромашки, розмарина, ландыша и других душистых ингредиентов, которые ведьмак не мог распознать. За работой послушницы весело болтали и смеялись. В храме, как он заметил, царило приподнятое настроение. И не без причины — указ о выселении, наложенный местными властями, был отложен на неопределённый срок. По официальной версии, власти учли ухудшающееся состояние здоровья матери Ассумпты из Ривии. По неофициальной — это стало результатом вмешательства маркграфа Верхней Мархии через начальницу службы охраны, Элену Фиахру де Мерсо. Комендантша де Мерсо не только разогнала гражданские пикеты перед храмом, но и, как говорили, строго-настрого запретила властям организовывать их впредь. Она навестила храм, справилась о выздоровлении Геральта, пожелала здоровья матери Ассумпте и с удовольствием приняла в подарок коробку фирменного мыла.

Сзади послышалось покашливание. Он обернулся. Лицо жрицы Неннеке, как обычно, было строгим — такое выражение больше подошло бы кому-то намного старше её неполных тридцати лет. Впрочем, у Геральта было достаточно времени к этому привыкнуть.

— Холодно сегодня, а? — спросила она.

— Теплеет потихоньку.

— Но медленно. Пойдём внутрь. Нужно тебе кое-что рассказать.

— Теплеет медленно, — начала она, едва они вошли. — Снег почти весь сошёл. По дорогам уже можно ездить. Я этим воспользовалась и съездила в Спинхэм. Угадаешь куда?

Геральт догадался, но промолчал.

— Госпожа Пампинея Монтефорте, — продолжила жрица с лёгкой усмешкой, — вспоминает о тебе с теплотой, я бы даже сказала, хранит благодарную память. И чем это ты заслужил такую признательность, а? Хо-хо, Геральт, молоденькие девицы из «Лорелеи» — это одно, но снискать, хм... симпатию самой хозяйки, дамы с многолетним опытом — это, знаешь ли...

Геральт никак не отреагировал, нутром чуя провокацию и подвох. Он не верил, что Неннеке узнала правду. Госпожа Пампинея очень настаивала на конфиденциальности и взяла с ведьмака слово, что об их приятном тайном приключении он не обмолвится ни единой душе.

Неннеке ещё несколько раз изобразила на лице выражение человека, который всё знает, но из деликатности помалкивает. Геральт и бровью не повёл.