Ведьмы отдыхают

Вообще-то днем я видела, что такие тележки, запряженные низкорослыми лошадками, катали по центру детишек, но сейчас впряжена оказалась Харри. Она тянула оглобли, а Эмма с цветочным веночком на голове подталкивала сзади. Вернее, талантливо делала вид.

– Мэри, – едва дыша прошелестела Харриет, поравнявшись с кустами, – мы приволокли повозку.

– Почему она без лошади? – удивилась я.

– С лошадью было дороже, – деловито уточнила Эмма. – Я и так за свой счет оформила страховку.

– Ну, то есть за мой счет, – поправила я.

– Вообще-то, ты колдунья с магической палочкой! – огрызнулась она, как всегда делала, когда понимала, что прокололась, но признаваться в собственном просчете не желала. – Смогла усыпить жениха, смоги и повозку заставить ехать!

– Ой, девочки, не ссорьтесь! – засюсюкала взопревшая мать троих детей, обмахивая лицо ладонями. – Мы совершаем доброе дело! Спасаем невесту от разбитого сердца. Кто грызется, совершая добрые дела? Давайте его лучше грузить. На тележке все равно проще, чем на спине.

Оставив спор до лучших времен, а как показывала практика, наступить это время могло в любой момент, мы начали извлекать сладко сопящего жениха из кустов. Перевалить неподвижного мужика через бортик оказалось той еще задачкой! Паскаль упал на дно, как куль с мукой, и повозка закряхтела, словно хотела рассыпаться на дощечки.

Мы с подружками расселись на скамейках, как курицы на жердочке. Их высота была рассчитана на детей, и колени оказались почти в районе подбородка. Я вытащила из футляра магическую палочку и только собралась придать колесам подвижность, как Харриет вспомнила:

– Его саквояж остался в кустах.

– Мэри, ты сидишь с краю, сходи за сумкой, – рассудила Эмма.

– Да чтоб ему пусто стало! – тихо выругалась я, кое-как слезая на дорожку.

Подсвечивая себе огоньком магической палочки, как уличным фонариком, я полезла в кусты и нос к носу столкнулась с мужиком.

Ошарашенные неожиданной (во всех отношениях) встречей, мы таращились друг на друга. На шее у типа был повязан длинный полосатый шарф, а на голове скособочился черный берет. Взгляд метался от зажженной магической палочки к моему лицу.

– Фея! – вдруг восторженно воскликнул он. – Наконец-то я тебя нашел! Выполни мое заветное желание!

– Я зубная фея и желания не исполняю, – сама от себя не ожидая, объявила я и шарахнулась обратно на аллею.

– Постой! – рванул он сквозь колючий бурелом. – Просто позволь сделать всего пару твоих оттисков. У меня после съемки каталога осталось только десять пластинок. Чик-чик, оттиски готовы, и ты уже не фея, а муза! Точно! Муза, стой! Я мастер Гройя! Ты обо мне должна была слышать.

– Нет, – сдержанно отозвалась я и помахала палочкой, погасив кончик, как зажженную спичку.