Ведунские хлопоты (СИ)

Что на Мокридах принес виру и предложил заключить сделку для приобретения расковника. И что даже предоплату внес в виде руды лунного серебра. Договорились мы встретиться сегодня, чтобы Водяной царь принес мне растение. Но я все же немного волновался, поэтому для перестраховки взял с собой Следопыта, потому что других товарищей у меня среди рубежников не было.

— А это что? — поднял Илия броник, который уже снял Витя.

— Говорю же, перестраховался. У меня такой же. Будто чувствовал…

Илия так пристально посмотрел, словно я был какой-то хитрой вшой, а он опытным ученым. Но я знал, что моя легенда железная. И уже подтверждена словами Следопыта.

— А расковник тебе зачем понадобился? Для Инги?!

Вот тут слова воеводы приобрели необычайную жесткость.

Сказать по правде, с расковником вот получилось вообще случайно. Я брякнул первое, что пришло в голову. Да, слышал, что его использовали для того, чтобы развязать человеку язык или открыть какие-то замки. Правда, я до сих пор не мог представить, как можно с помощью растения открыть замок? Но получилось очень даже хорошо.

— Нет, причем тут Травница? — слишком сильно удивился я. — Просто слышал, что в Петербурге трава в цене. В смысле, наша, рубежная. Вот и решил совместить приятное с полезным.

Пусть лучше воевода в эту сторону землю носом роет. Выясняет, правда ли Инга связана с тем, что произошло здесь или нет. Любой отход от правильной версии мне только на пользу. Я же тем временем пока уеду в город на Неве.

— Будто бы и правда, — с сомнением сказал воевода. — Днем Водяной царь убил водяного. Не самого последнего. Почему — никто понять не может за что. Вдруг действительно умом тронулся из-за лунного серебра. А все кто?

— Илия Никитич, вы на меня всех собак-то не вешайте! — вполне искренне возмутился я. — Я теперь что, ответственность должен нести за каждую умалишенную нечисть?!

Сказал, наверное, чересчур громко. Потому что анчутки, транспортирующие труп Водяного царя, не сговариваясь, посмотрели на меня слишком злобно.

— Я тут вообще самая пострадавшая сторона, — добавил я уже тише. — Серебра лишился, расковник не получил.

— Жив и то хорошо, тоже мне, сторона пострадавшая.

— А что теперь будет, Илия? — спросил Следопыт, щупая разорванную клетчатую рубаху.

— Претензий вроде никаких, но это так, общие слова. Говорить будем, когда водяные нового Царя выберут. Но, думаю, ничего страшного не случится. Матвей в своем праве был. Даже удивительно, что он Водяного царя убил.

— Вообще-то бабушка всегда говорила, что я талантливый, — чуть обиженно сообщил я.

— Ладно, расходитесь. Матвей, и у меня к тебе одна просьба.

— Все что скажите, Илия Никитич, — я постарался придать своему лицу самое подобострастное выражение. — Помочь чем?

— Помоги, будь добр.