Великолепно!

 – Это было его просчетом, но я не уверена, что это достаточное основание для отказа… Если, конечно, у тебя нет других причин отвергнуть его.

Эмма молчала.

– Так есть или нет?

– Нет, – произнесла Эмма едва слышно.

– Ну вот и хорошо. – Кэролайн встала и подошла к окну. – Скажи, ты его любишь?

Эмма кивнула, и по щеке ее скатилась слеза.

– В таком случае тебе придется преодолеть свою строптивость. – Кэролайн села рядом с Эммой и нежно, по-матерински, обняла ее. – Хотя, признаюсь, я бы на твоем месте сделала это не сразу. Тебе понадобится чуточка гордости и упрямства в браке с таким человеком, как герцог.

– Знаю. – Эмма громко вздохнула.

– А теперь, дорогая, осуши глазки, – сказала Кэролайн, целуя племянницу в лоб. – Нам пора спуститься вниз и сообщить мужчинам о твоем решении. – Легко поднявшись, она направилась к двери.

– Да, но как быть с моим отцом? – внезапно забеспокоилась Эмма. – Я не могу выйти замуж без его благословения. И потом, его компания…

Кэролайн добродушно усмехнулась:

– Думаю, ты всегда втайне знала, что «Данстер шиллинг» – не женское дело. Что же касается твоего отца, ему придется положиться на наше суждение. И помни: мы не должны терять время.

Глаза Эммы округлились, и она невольно взглянула на свой живот. Странно, но отчего-то прежде ей в голову не приходила мысль о ребенке…

– Вижу, что ты меня поняла!

Когда женщины вошли в кабинет хозяина дома, Генри и Алекс сидели в благодушном молчании со стаканами виски в руках, и, увидев это, Эмма прищурилась. Не было похоже, чтобы ее дядя рвал и метал по поводу ее утраченной добродетели. Она облегченно вздохнула. Да, лучше, чтобы брак начинался мирно.

– Кажется, вы хотите нам что-то сообщить? – с места в карьер начал Генри.

Эмма опустила глаза, а затем подняла их и в упор посмотрела на Алекса:

– Я сочту за честь выйти за вас, ваша светлость, – она слегка вскинула подбородок, – если вы соблаговолите попросить моей руки.

На губах Алекса неожиданно появилась улыбка.

– Вероятно, ты желаешь, чтобы я опустился на одно колено? – насмешливо спросил он.

Эмма нервно облизнула губы.

– Это не обязательно. Не думаю, что в этом есть необходимость.

Улыбка по-прежнему не сходила с лица Алекса. Эмма выглядела очаровательно со вздернутым подбородком – весьма распространенный способ показать свою гордость. Ему захотелось дотянуться до нее и заправить в прическу локон ее ярко-рыжих волос, но, помня о присутствии Генри и Кэролайн, герцог лишь поднес руку Эммы к губам.

– Скажи, ты выйдешь за меня? – как мог любезно спросил он.

Эмма кивнула, словно не доверяя своей способности говорить, и Генри с Кэролайн, поняв, что их миссия выполнена, незаметно удалились, оставив молодых людей наедине.

Губы Алекса все еще прижимались к руке Эммы.