Душа акулы

Теперь, когда я принял решение, я мог лишь пожелать Шари и другим, чтобы школа не превратилась в дурацкий парк развлечений, где им придётся вкалывать до потери сил и есть у туристов из рук!

Джошуа, завхоз-осьминог, обошёл всех с большой картонной коробкой с прорезью в крышке и собрал заполненные бюллетени. Юна и её родители явно тоже отметили «НЕТ» – я видел это по их взглядам, которые они бросали на миссис Леннокс. Но насчёт других я был не уверен – например, насчёт Криса, Ральфа, Нестора и Зельды-медузы.

Наконец все проголосовали, в том числе родители и ученики в лагуне и пруду.

Все с нетерпением ждали, пока мистер Кристалл и миссис Мисаки подсчитывали голоса. Наконец мистер Кристалл выпрямился и откашлялся:

– Итак, дорогие родители и ученики, вот результат: у нас пятьдесят семь голосов за и… восемьдесят четыре голоса против!

Все одновременно выдохнули, многие обрадовались. Мы с Шари, сияя, улыбнулись друг другу. Мы победили! Хоть какое-то утешение. Когда я буду навещать здесь друзей, мне не придётся платить за билет, на который у меня всё равно нет денег.

Кто плавает с пумами…

Через некоторое время волнение улеглось. Кое-кто из родителей ещё пытался спорить, но Джек Кристалл молча предъявил им листок с результатами голосования.

Сильнее всех негодовала миссис Леннокс:

– Вот увидите, чем это закончится – школа разорится! Вы приняли неправильное решение и теперь пропадёте. И поделом вам! – На скулах матери Эллы выступили красные пятна. Должно быть, она не привыкла к тому, чтобы нарушали её планы. – Вы обо мне ещё услышите, вы все! И особенно вы, Кристалл. – Она злобно уставилась на директора. Её красивые и опасные молодые спутницы угрожающе поглядывали на толпу.

Стало тихо, очень тихо, мне показалось, что взрослые тоже боятся.

Лидия Леннокс повернулась и вместе с тигрицами-близнецами двинулась к выходу. Проходя мимо меня, она ненадолго задержалась и, холодно глядя на меня, прошипела:

– До меня дошли сведения, что ты обругал, унизил и ранил не только Эллу, но и другого моего родственника. Неужели ты ещё не понял, что зло, причинённое питону, возвращается в двукратном и троекратном размере?

– Во-первых, я не нарочно, а во-вторых, вы и так уже достаточно навредили нам с дядей, – запальчиво возразил я.

Не удостоив меня ответом, мать Эллы покинула «Голубой риф». Надеюсь, она не скоро сюда вернётся.

– Гадкая бабёнка, – пробормотал дядя Джонни так, что услышал только я. Он прочистил горло. – Тьяго… Нам пора.

Да, он прав.

– Подожди минутку, хорошо? – попросил я, снова сглотнув подступивший к горлу ком. – Надо попрощаться.

Я пожал руки учителям, которые сейчас как раз все стояли поблизости.

– Будь осторожен, – сказала мисс Уайт.

– Вы тоже, – ответил я с тяжёлым сердцем.