Весь Мегрэ. Том 3

Я постоянно слышал, как родители шептались: «Что скажут люди…»

— Вы хорошо учились?

— До четырнадцати с половиной был первым учеником. Родители так к этому привыкли, что ворчали, когда в дневнике у меня оценки были чуть ниже.

— Когда вы начали бояться?

Мегрэ показалось, что у носа побледневшего собеседника пролегли две складки, а губы пересохли.

— Не представляю, как мне удалось сохранить это в тайне до сегодняшнего дня.

— Что произошло, когда вам было четырнадцать с половиной?

— Вы знаете наши места?

— Проезжал.

— Шер течет параллельно каналу. В некоторых местах расстояние между ними не превышает десяти метров.

Река широкая, но мелководная: в ней много камней, по которым можно перейти вброд. Берега заросли ивой, вербой, всяким кустарником, особенно около деревни Древан, примерно в трех километрах от Сент-Амана. Там обычно играют деревенские дети. Я с ними не играл.

— Почему?"

"— Мать называла их маленькими хулиганами. Некоторые купались в речке голышом. Почти все были детьми рабочих типографии, а родители проводили большое различие между рабочими и служащими. Играли обычно человек пятнадцать-двадцать, среди них две девочки.

Одна из девочек — Рене — в свои тринадцать лет вполне сформировалась; я был в нее влюблен… Я много думал над этим, господин комиссар, и спрашивал себя: могло ли все произойти иначе? Пожалуй, да. Я не пытаюсь оправдываться… Однажды один мальчик, сын колбасника, обнимался с ней в молодом леске. Я застал их врасплох. Они убежали купаться вместе с другими. Мальчика звали Ремон Помель; он был рыжий, как и его отец, в лавку к которому мы ходили. В какой-то момент он отошел по нужде. Сам того не замечая, приблизился ко мне, а я вынул из кармана нож, лезвие выскочило… Клянусь, я не соображал, что делаю. Я ударил несколько раз и почувствовал, что от чего-то освободился. В ту секунду я ощущал в этом потребность… Для меня это не было преступлением, убийством — я просто наносил удары. Я ударил несколько раз, когда он уже упал, а потом спокойно удалился. — Молодой человек оживился, глаза его заблестели. — Его нашли только через два часа. Не сообразили сразу, что в ватаге из двадцати ребятишек его нет. Я вымыл нож в канале и вернулся домой.

— Почему у вас в таком возрасте уже был нож?

— Несколькими месяцами раньше я украл его у одного из моих дядюшек.

Я обожал перочинные ножи. Как только у меня появлялось немного денег, я покупал нож и всегда таскал его в кармане. Как-то в воскресенье я увидел у дяди пружинный нож и украл его. Дядя повсюду его искал, но меня даже не заподозрил.

— А как же ваша мать не нашла его у вас?

— Стена нашего дома со стороны сада заросла диким виноградом, его листва обрамляла окно моей комнаты. Когда я не брал нож с собой, мне приходилось прятать его в гуще листвы.