Весь Мегрэ. Том 3

— Вы не заставите меня долго ждать известий?

Это был намек на репутацию Мегрэ. Во Дворце правосудия считалось, что он ведет следствие как ему заблагорассудится, не очень-то думая о следователях.

Спустя двадцать минут Мегрэ с Лапуэнтом уже входили под ставшие им знакомыми своды. Мегрэ пришло в голову заглянуть в привратницкую, где их встретил мужчина весьма солидного вида. Привратницкая походила на гостиную.

— Я не знал, заглянете ли вы ко мне, господин комиссар.

— Я так торопился…

— Понимаю. Я в прошлом полицейский, служил постовым. Предполагаю, что вас интересует мадам?

— Такие штучки встречаются нечасто.

— Это странная пара, вернее, была странная пара, раз бедняга умер. У людей две машины и шофер. Но выходят они чаще всего пешком. Я никогда не видел, чтобы они шли куда-нибудь вместе, и, кажется, едят они тоже порознь.

— Почти всегда."

"— Они никого не принимают, хотя журналистам она сказала другое. Что до нотариуса, он время от времени закатывается куда-нибудь по-холостяцки: ничего с собой не берет, нос задрал, руки в карманы. Мне кажется, у него где-то есть другая семья или пристанище в городе.

— Я загляну к вам при случае. Вы, кажется, весьма наблюдательны…

— Привычка, не так ли?

Спустя несколько мгновений Мегрэ уже звонил в дверь квартиры.

Увидя перед собой двух мужчин, Клер побагровела от ярости и наверняка бы захлопнула дверь перед носом у Мегрэ, не выстави он предусмотрительно ногу.

— Мадам…

— Мне нет дела до нее. Если вы умеете читать, прочтите эту бумагу. Это постановление на обыск, выданное судебным следователем. Если вы не хотите предстать перед судом за сопротивление властям…

— Что вы хотите осмотреть?

— Вы мне не нужны. Квартиру я знаю.

И в сопровождении Лапуэнта комиссар направился на половину нотариуса. Больше всего его интересовал кабинет. Из мебели — маленький письменный стол красного дерева, где было четыре закрытых на ключ ящика.

— Открой окно, ладно? Здесь пахнет затхлостью.

Мегрэ перепробовал три ключа, прежде чем подобрал подходящий. В ящике лежала только именная почтовая бумага, конверты и две ручки, одна из которых была из литого золота.

Содержимое второго ящика оказалось более интересным. Там находилось несколько любительских фотографий, сделанных в большинстве случаев на Лазурном берегу в парке огромной виллы в стиле начала века. Натали была лет на двадцать моложе, а нотариус, без пиджака, был похож на студента.

На обороте значилось: «Флорентина»; так, по всей видимости, называлась вилла.

На одной из фотографий рядом с семейной парой, совсем рядом с Сабен-Левеком, стояла эльзасская овчарка.

Только сейчас Мегрэ осознал, что в доме не было ни кошки, ни собаки.