Весь Мегрэ. Том 3

— Он думал, что она выиграла…

Подбор слов выдавал беспорядок в ее мыслях.

— Это ведь она его толкнула… Она предусмотрела, что он найдет яд, навоображает себе…

— Он ее ненавидел?"

"Дженни испуганно уставилась на комиссара, не смея ответить.

— И вы, вы тоже возненавидели сестру, верно?

Она помотала головой. Это не означало ни да ни нет. Скорее, этим движением она пыталась отогнать кошмар.

— Вчера вечером, выйдя отсюда, — продолжал Мегрэ, — Мартон полагал, что после медицинского обследования его не выпустят на свободу. Значит, у него остался только один вечер.

Поведение продавца игрушечных железных дорог могло показаться нелогичным, и тем не менее оно не было лишено определенной логики, и Мегрэ начинал понимать определенные моменты трактата по психиатрии. Вот только то, что автор книги излагал заумными словами и сложными фразами, в конце концов оказалось человечным.

— Когда он отправился на кухню, где находились вы…

Дженни вздрогнула, явно желая заставить его замолчать.

— Отвар уже был налит в чашки?

Комиссар был в этом уверен и не нуждался в ответе.

— Вы не видели, как он насыпал порошок?

— Я стояла к нему спиной. Он открыл ящик с приборами и взял нож. Я услышала звон ножей…

— И решили, что у него не хватило мужества насыпать яду?

Мегрэ ясно видел перед собой нож с темной деревянной ручкой, лежащий возле радиоприемника.

Под тяжелым взглядом комиссара Дженни еще немного колебалась, прежде чем простонать:

— Мне стало жалко…

Он мог бы заметить: «Уж во всяком случае, не вашу сестру!»

А она продолжала:

— Я была уверена, что его запрут в дурдом, что Жизель выиграла эту партию… Тогда…

— Тогда вы схватили флакон с фосфатом и всыпали большую дозу в чашку вашей сестры.

— У меня в руке было влажное полотенце.

— Вы убедились, что чашка, предназначенная вашей сестре, стоит на нужной стороне подноса…

— Умоляю вас, комиссар! Если б вы знали, какую ночь я провела…

— Вы все слышали?

А как она могла не слышать?

— И не спустились?

— Испугалась.

Она дрожала от запоздалого страха, и поэтому он вновь залез в шкаф.

— Выпейте.

Дженни подчинилась, поперхнулась и чуть не выплюнула коньяк, обжегший ей горло.

Мегрэ чувствовал, что она дошла до той точки, когда хочется лечь на пол и лежать неподвижно, ничего больше не слыша.

— Если бы ваш зять вам все рассказал…

Вся сжавшись, она мысленно спрашивала себя, что еще ей предстоит узнать.

А Мегрэ вспоминал слова Ксавье, произнесенные в этом кабинете.

Тот объяснял, что, если бы у него возникло намерение избавиться от жены или отомстить ей, он бы воспользовался не ядом, а револьвером. И ведь это чуть было не удалось.