Весь Мегрэ. Том 3

На самом же деле это была привлекательная женщина лет тридцати, с округлыми формами.

Только голос ее, вульгарный и резкий, нарушал приятное впечатление от ее внешности.

— К мадемуазель Дюше, — вежливо ответил он.

— Она еще не вернулась.

В тот момент он подумал, почему это некоторые люди сразу, без видимой причины, начинают вести себя агрессивно. Потом он еще вспомнит об этом.

— Кажется, она возвращается в это время, не так ли?

— Она приходит и уходит, когда ей вздумается.

— Это вы звонили в редакцию?

Консьержка стояла в проеме застекленной двери, не приглашая его войти.

— Ну и что с того? — с вызовом произнесла она.

— Я из полиции.

— Понятно. Я вас узнала. И не испугалась.

— Когда мсье Дюше пришел вчера навестить дочь, он назвал вам свою фамилию?

— Он даже минут пятнадцать беседовал со мной в привратницкой.

— Значит, когда он пришел в первый раз, он не застал дочери дома? Это, наверное, было днем, после двенадцати?

— Около пяти часов.

— Это вы написали ему в Фонтенэ?

— Если бы я это и сделала, я только выполнила бы свой долг, и это никого бы не касалось. Но я тут ни при чем.

Написала ему тетка этой девицы.

— Вы знаете ее тетку?

— Мы покупаем продукты в одних и тех же лавках.

— Это вы ей все рассказали?

— Она и сама догадывалась о том, что тут происходит.

— Она сказала вам, что напишет отцу?

— Мы просто с ней болтали.

— Когда приехал отец мадемуазель Дюше, вы рассказали ему о мсье Жоссе?

— Я ответила на его вопросы и посоветовала прийти попозже, после семи часов.

— Вы не предупредили его, когда мадемуазель Дюше вернулась?

— Мне за это деньги не платят.

— Мсье Дюше очень рассердился?

— Бедняга с трудом этому поверил.

— Вы поднялись вскоре вслед за ним, чтобы узнать, что там происходит?

— Мне надо было отнести письмо на шестой этаж.

— Но вы остановились на площадке пятого?

— Может быть, я и передохнула там минутку. Чего вы от меня допытываетесь?

— Вы говорили, что там был скандал.

— Кому?

— Репортеру.

— Мало ли что печатают в газетах! Смотрите! Вот она, ваша девица!

В дом вошла не одна девушка, а две. Они направились к лестнице, не взглянув на консьержку и на Мегрэ. Первая, блондинка, казалась совсем молоденькой. На ней были ярко-синий костюм и светлая шляпка.

Вторая, более сухощавая, угловатая, выглядела лет на тридцать пять. В походке ее было что-то мужеподобное.

— Я думала, вы хотели поговорить с ней.

Мегрэ сдерживал гнев, хотя эта беспричинная злоба глубоко задевала его.

— Не бойтесь, я поговорю с ней. Возможно, мне придется встретиться еще и с вами.

Он злился на самого себя за эту угрозу, в которой было что-то детское. Прежде чем подняться, он подождал, пока там, наверху, не отворилась и вновь не закрылась дверь.