Весь Мегрэ. Том 3

— Месье Жан Гийо, — возвестил инспектор, впуская первого посетителя.

Им оказался мужчина лет сорока, среднего роста, одетый с определенной изысканностью.

— Месье Ардуэн, чертежник.

Второй выглядел повыше Гийо, был более худым и на несколько лет моложе своего приятеля и, как вскоре убедился Мегрэ, заикался.

— Садитесь, господа. Как мне доложили, один из вас является владельцем «пежо» красного цвета.

Не без некоторой гордости руку поднял Жан Гийо.

— Это моя машина, — подтвердил он. — Купил её в начале зимы.

— Где вы живете, месье Гийо?

— Улица Тюренн, недалеко от бульвара Тампль.

— Ваша профессия?

— Агент по страхованию.

Было видно, что его несколько впечатляло то, что он оказался в одном из кабинетов здания Уголовной полиции и что с ним беседует главный комиссар, но при этом они в коей мере не выглядел испуганным. Более того, он даже с любопытством зыркал глазами во все стороны, как если бы собирался впоследствии рассказать друзьям об этом встрече со всеми деталями.

— А вы, месье Ардуэн?

— Я жи… живу в т… т… том же д… д… доме.

— Этажом повыше, — помог ему Гийо.

— Вы женаты?

— Хо… хо… холост.

— А у меня жена и двое детей, девочка и мальчик, — выпалил, не дожидаясь вопроса, Гийо.

Лапуэнт, стоявший у двери, чему-то слегка улыбался. Оба посетителя, каждый на своем стуле и со шляпами на коленях, казались хорошо спевшимся дуэтом.

— Вы друзья?

Они ответили хором и настолько одновременно, насколько это позволяло сделать заикание Ардуэна.

— Очень близкие.

— Знаете ли вы Франсуа Келлера?

Они с удивлением переглянулись, словно впервые в жизни услышали эту фамилию. Чертежник спросил:

— К… к… кто это?

— Долгое время работал врачом в Мюлузе.

— Никогда там не был, — заверил Гийо. — А что, он утверждает, что знает меня?

— Чем вы занимались в понедельник вечером?

— Как я уже заявил вашему инспектору, я даже не подозревал, что это запрещено…

— Расскажите подробно, что вы делали?

— Когда я вернулся домой к восьми часам из поездки в западные пригороды Парижа, жена отвела меня в уголок, чтобы не слышали дети, и сообщила мне о Несторе…

— Кто он такой?

— Наша собака. Огромный датский дог. Ему было уже двенадцать лет, и он очень ласково вел себя в отношении наших ребятишек, которых он, так сказать, знал с пеленок.

Когда они были совсем маленькими, он ложился у их кроваток, и даже я еле осмеливался к ним подходить.

— Итак, ваша жена сообщила, что…"

"— Не знаю, держали ли вы когда-нибудь у себя датского дога. Вообще-то они живут, уж не знаю почему, меньше, чем собаки других пород. А в последнее время ещё и страдают чуть ли не всеми человеческими недугами. Вот уже несколько недель, как Нестора почти полностью парализовало, и я предложил отвезти его к ветеринару, чтобы усыпить. Но жена воспротивилась.