Весь Мегрэ. Том 3

— Тогда почему бы вам прямо не ответить на заданный вопрос?

Ван Хутте наклонил немного голову и взглянул на Мегрэ исподлобья, как это бывает у школьников, вынашивающих планы насчет какой-нибудь пакости.

— Но ведь это мои личные дела…

Он был прав со своими доводами. У Мегрэ не было до сих пор никакого серьезного мотива, чтобы так приставать к фламандцу. Он целиком положился на свою интуицию. Поднявшись на борт недалеко от Жюзьё, он сильно удивился перемене в поведении речника.

Это был уже не совсем тот человек, с которым он виделся в Париже. Жеф был поражен, завидев комиссару на берегу и живо отреагировал на его появление.

И с тех пор его ни на минуту не покидала подозрительность, он замкнулся в себе, в глазах не было прежнего блеска, как не стало и своеобразного юмора, отличавшего его тогда, у набережной Селестэн.

— Так что, хотите, чтобы я отвез вас в Париж?

— Но для этого нужны какие-то основания. Существуют же законы…

— Причина налицо: вы отказываетесь отвечать на самые стандартные вопросы.

По-прежнему пыхтел двигатель, и из каюты были видны длинные ноги Хуберта, стоявшего у штурвала.

— Потому что вы все время пытаетесь меня запутать…

— Ничуть не бывало, я стремлюсь лишь установить правду.

— Какую?

Жеф отступал и наступал, то выражал уверенность в своих неоспоримых правах, то, наоборот, испытывал заметное беспокойство.

— Когда вы купили это судно?"

"— Я его не приобретал.

— Но оно же принадлежит вам?

— Да, моссье, но и жене тоже.

— Другими словами. вы стали совладельцем, женившись на ней, так что ли? Баржа была её собственностью?

— А что в этом необычного? Мы заключили брак вполне законно, перед бургомистром и кюре.

— А до этого «Зварте Звааном» командовал её отец?

— Да, моссье. Старый Виллемс…

— У него не было других детей?

— Нет, моссье… — А что стало с его женой?

— Она умерла за год до этого…

— Вы уже работали на борту?

— Да, моссье…

— И как долго?

— Виллемс нанял меня, когда скончалась его супруга. Это было Оденарде.

— А до этого вы подвизались на другом судне?

— Да, моссье. На «Дрие Геброудерс».

— Почему же ушли оттуда?

— Потому что это была баржа-развалюха, которая почти и не ходила во Францию, да и перевозила в основном уголь.

— А вы не любите такой груз?

— Уж очень много грязи…

— Итак, примерно три года тому назад вы появились на «Зварте Зваан». Сколько лет тогда было Аннеке?

Услышав свое имя, она с любопытством посмотрела на них.

— Восемнадцать лет, не так ли…

— И у неё только что умерла мать.

— Да, моссье. Как я вам уже сказал, в Оденарде.

Он прислушался к тарахтению мотора, посмотрел на берег, пошел что-то сказать брату, который после этого замедлил ход, чтобы пройти под железнодорожным мостом.