Весеннее жертвоприношение

Ларсен рассказал об Аасене, желавшем купить участок земли, и о том, как они со Снивелем отправились на гребень горы.

Сначала Хейке разозлился от желания Снивеля продать землю, принадлежащую Гростенсхольму, на что он не имел никакого права. Но, когда Ларсен начал говорить о гребне скалы, Хейке почувствовал, что бледнеет.

— Вверх туда? — спросил он и показал рукой в окно.

— Именно, господин. И я так обеспокоен. Утром пошел туда, но и следов их не обнаружил.

Мертвым голосом Хейке спросил:

— Вы входили в лес наверху?

— Нет, — застеснявшись, ответил Ларсен. — Я стоял на самом краю скалы и звал господина Снивеля. Лес выглядел неприятным. Я не привык к жизни в сельской местности, понимаете?

Хейке осторожно спросил:

— Этот Аасен… Он ходил развязно и был довольно высоким?

— Нет, совсем нет, господин Хейке. Он был небольшого роста, холеный, культурный. Поэтому и удивительно, что… от него…

— Почему вы замешкались?

У Ларсена было нехорошо на душе.

— Что от него исходил не очень хороший запах, господин. После его ухода я вынужден был проветривать помещение, так же, как и после первого его посещения. Господин Хейке, что мне делать с господином Снивелем? Я так волнуюсь!

— Беспокоиться причин у вас предостаточно, — подавленно сказал Хейке. — Почему никто не рассказал мне раньше об этом Аасене? Нет, нет, для этого и причин не было. Винга, ты останешься здесь с Ларсеном. Нет, я не хочу, чтобы ты сейчас шла со мной! Эту проблему я обязан решить один. Для отъезда все готово? — обратился он к Ларсену.

— Все упаковано и готово.

— Хм, — промолвила Винга, раньше неоднократно бывавшая в Гростенсхольме. — Здесь слишком пусто. Где, например, серебряный сервиз Ирмелин Линд? И коллекция фарфора тети Ингрид? Коллекция оружия Никласа Линда? И бесценные произведения искусства времен Шарлотты Мейден?

— Это… это… Я мгновенно распакую. Приказ Его милости…

— Самое разумное, что тебе предстоит сделать — распаковать все как можно быстрее, — жестко произнес Хейке. — Воровства мы не потерпим. Вылитый Снивель!

Он ушел, а Ларсен нервно стал вынимать из чемоданов драгоценные предметы под строгим наблюдением Винги.

Хейке спешно шел по лесу. У него были ужасные предположения о том, что могло случиться с судьей Снивелем. Вероятно, ему очень плохо там, наверху, наверняка загнанному по крутому склону горы Аасеном. И сейчас он беспомощный лежит там.

Хейке очень боялся.

Он был уверен в том, что Снивель намеревался обмануть и Хейке, и Аасена. Продать землю, не принадлежащую ему.

Но сейчас это было несущественно. Фактом являлось то, что судья исчез, его не видели целую ночь, и он, наверняка, нуждался в помощи.

Место Хейке совсем не нравилось. Почему именно гребень этой горы?

Он уже забрался наверх. На внешний край горы.