Весеннее жертвоприношение

Эльфы в народных поверьях, может быть, являются самыми коварными существами именно по причине своей красоты и нежности. Во многих сказках говорится о людях, оказавшихся во власти эльфов.

Винга задумалась, продолжая стоять с приподнятой ношей. Народные поверья?.. Там много таких примеров. И тут она вспомнила то, что читала в книгах Людей Льда. О встрече Ширы с Шамой. Его взгляды на религию.

Что не боги создали людей, а наоборот. Боги живут благодаря тому, что люди верят в них. Они исчезают тогда, когда люди прекращают верить в них.

Может ли это правило действовать и в отношении суеверия? Не рождены ли все эти существа из потустороннего мира фантазией народа? И не исчезнут ли они в результате более рационального мышления в новое время?"

"Или они изначально до людей населяли землю и постепенно снова ушли в жизнь теней? Примеры тому были и ранее.

Болотные люди, которых Ульвхедин своими заклинаниями снова отправил под землю. Раньше, много тысяч лет тому назад они населяли Данию.

Да, и волшебный корень! Не говорили ли, что он был первым наброском человека? Который был отвергнут, когда Бог создал Адама и Еву?

Нервный голос Хейке прервал ее мысли.

— Идем отсюда!

— Да, да, конечно!

Им удавалось разговаривать почти нормально, вести себя почти так, как всегда. Но это дорого им стоило! Винга видела, что Хейке скоро может потерять самообладание. Сама же она чувствовала, что ноги и руки стали ватными.

Они собрали все, что принесли с собой, и поделили поклажу. Но она не получила ответа на вопрос: что произойдет дальше с этими серыми людьми?

Она чувствовала досадное нежелание задать прямой вопрос.

Вместо этого она сказала:

— Тебе было трудно вернуться к жизни.

Ты испытывал боль?

— Ужасную!

— Испытывал удушье?

— Все время. Непрерывно.

— Понимаю. Меня также что-то душило. Хотя я ничего не пила, а ощущение удушья появилось видимо от одних мыслей. И я боюсь тех ядов, которые ты выпил.

— Я тоже. Чувствую себя не очень хорошо.

Это она и сама видела. Глаза запали, состояние лихорадочное. Белое, как мел лицо изрезано морщинами так, что он, кажется, постарел минимум лет на десять. Руки и все тело трясутся.

Голос Винги звучал мягко и предусмотрительно, совершенно не так, как раньше.

— Сейчас пойдешь ко мне домой и останешься там до тех пор, пока не поправишься и не отдохнешь.

Он только кивнул головой в знак согласия. Никаких возражений на этот раз не последовало.

Едва лишь они пустились в путь, Хейке пошатнулся. Винга тут же поддержала его.

— Благодарю, — прошептал он и выпрямился. — Такого больше не будет. Я должен быть сильным, по крайней мере, до тех пор, пока мы не останемся одни, ты и я.

Одни. Это звучало уже успокаивающе. Она надеялась, что это произойдет скоро!

Они уже спустились вниз и лесом.