Виват Россия!

 – За чаем-то, небось, ещё найдём о чём поговорить можно. Ну и как это вы всем скопом в отставку подали?

– Дык а чего ждать-то было, ваше превосходительство? – спросил, вздохнув, Осипов. – Когда за малую оплошность по десять суток на плацу торчишь безвылазно али вообще тебя в гауптвахту упекут?

– Гауптвахта ещё ладно, – отмахнулся Ковалёв. – Тут вон целыми плутонгами и даже ротами из других полков в Тобольск и Берёзов уже отправляли. Каждый вахтпарад[11] как на вылазку к неприятельской крепости идёшь.

– Егерского учения никакого теперь нет, одна только шагистика, – подтвердил Дубков. – Целыми днями на плацу только топ-топ, топ-топ. За три месяца, что в столице служили, один раз лишь стреляли, да и то по три патрона на фузею дали. А штуцерникам вообще не разрешили – и это летом, когда самое оно бы глаз набивать! Позор! Наших офицеров, что из нижних чинов вышли, со службы погнали, а вместо них гатчинских приставили. Вот те уж изгаляются!

– Что-о?! – протянул огорошенно Егоров. – Наших офицеров из полка выгнали?!

– Ну не всех, ты уж наговоришь, Макарович. – Осипов толкнул его плечом. – Мне-то как полковому писарю это лучше известно. Пять офицеров явилось из гатчинской егерской роты, ваше превосходительство, во главе с полковником Рачинским. Вот он стал командиром полка, а кто с ним пришёл, заняли те места, с которых наших из армии турнули. Ну и ещё с пяток из других гвардейских полков к нам перевели. Из эскадронов убрали Луковкина и Травкина, из заместителей ротных Пяткина Игната выгнали. Всех остальных, кто не из благородных, с полуротных отставили – это Шишкина Терентия, Столбина Георгия, Жалейкина, Лазарева, Кузнецова и Лебедева Мишу. Ну и Ягодкина Архипа из учебной роты турнули. Колокольцева Евсея, который стрелковой школой «Выстрел» управлял, тоже было хотели выгнать. Но у него там чегой-то по родословной с приходских священников был, что ли, выход у отца, в общем, не из крестьян он родом, оставили пока.

– Обалде-еть, – проговорил огорошенно Алексей. – Это же лучшие наши офицеры, самый костяк полка, те которые по́том и кровью свои чины выслужили. У них боевого опыта на десяток шаркунов гатчинских будет! Да какой там десяток, на всю сотню!

– Ну вот так, ваше превосходительство. – Фомич развёл руками. – Теперь уже не боевой опыт главное для солдата, а умение прусским манером как гусь шагать. Если бы матушка государыня покойница Георгиев Осокину Тимофею, Максимову Лёне, Иванову Даниле и Воробьёву Андрею не дала, небось, и их бы со службы тоже турнули. А так с орденом не моги, потомственными дворянами как-никак стали.

– Полком командует, выходит, сейчас Рачинский? – уточнил Алексей.