Вкус крови

Я хотел вас спросить, как была упакована аппаратура? Предметы ведь небольшие… Что, например? Да все. Ноутбуки, записные книжки… Как вы говорите? В большие коробки по двадцать штук? Это ноутбуки… Понятно. Записные по сто штук.

Коробки поменьше. Ясно. Спасибо. извините за беспокойство. Нет, на след еще не напали.

Самарин задумался. Мог ли Митя Шебалин в одиночку вытащить огромную коробку с двадцатью портативными компьютерами? И не одну, а несколько таких коробок? Вряд ли. Вернее, конечно, мог, но это заняло бы много времени.

Охранники, дежурившие в ту ночь на Ладожской-Товарной, категорически отрицают возможность того, что эта часть путей оставалась неохраняемой надолго. И в конечном счете из их же зарплат идет выплата огромных страховок.

Что-то во всем этом было не то.

Дмитрий сунул список в стол и запер его на ключ. Больше здесь ему делать нечего.

Он вышел из кабинета и спустился вниз. В дежурке было на удивление тихо.

Весь собранный «урожай» благополучно распихали по «обезьянникам», а нового пока не поступало. И тут он увидел Глеба.

Дмитрий даже не сразу узнал его, хотя хорошо помнил еще по первому допросу. Тогда это был пусть напуганный и растерянный, но живой человек. Теперь же мимо него вели труп. Он был бледен, волосы на голове свалялись в войлок, а тело превратилось в скелет, на котором болталась побуревшая от грязи одежда. Он шел как слепой туда, куда пихал его Игорь Власенко.

Самарин работал в милиции не один год и прекрасно знал, что происходит в подвалах отделений и как именно добываются «чистосердечные» признания.

Когда дело «вампира» передали Мишке Березину, Дмитрий не сомневался, что с Глебом так и будет. Хотя в тот момент он сам на сто процентов верил в то, что Пуришкевич и есть убийца из электрички. Правда, после того, что выяснил Дубинин, эта старая лиса из таинственного сыскного агентства, его уверенность значительно поколебалась. Теперь был практически уверен, что Глеб невиновен. Но его мнение по этому поводу никого не интересовало. Дело официально ведет другой следователь.

Но то, что он увидел сейчас, потрясло. Дмитрий понял – Глеб шел, вытянув вперед руки. Не как очкарик, с которого сбили очки, а как слепой, еще не привыкший к тому, что ослеп.

«По голове били, сволочи, – понял Самарин, – он потеряет зрение, а потом, когда найдут настоящего убийцу, извинятся, мол, ошибочка вышла, простите, бывает».

– Ну что, признался? – выглянул из аквариума дежурный."

"– Фига с два, сволота! – Игорек в сердцах двинул Глеба ребром ладони в живот. – Гаденыш! У нас теперь новый фокус – слепого разыгрывать! Как баб мочить и глотки им грызть, так тут мы все видим. – Он снова ударил Глеба, на этот раз по почкам. – Сучонок! Будем сегодня в «Кресты» перевозить. Я уже вызвал машину.