Владелец

Шанель сразу поспешила к пищевому автомату. Получив еду, поставила на откидной столик. Затем присела на кровать, сложив руки на коленях, стараясь не выдавать радости, что Кай вернулся так рано. Мало ли… Каждый из трех дней бесплодных поисков хозяином денежных средств проходил для нее в мучительном ожидании и понимании собственной беспомощности. Но еще хуже было терпеть его странную отстраненность: он ужинал и ложился спать, едва перекинувшись с ней парой фраз. Хотя вчера смилостивился и одарил своим семенем, но так быстро, что она даже толком не смогла насладиться этой близостью, лишь уняла тянущую боль.

Кайсар вышел из санблока, бросил короткий взгляд на Шанель, потом на тарелку. Молча сел за стол и принялся есть, все еще находясь в плену своих размышлений. А закончив, продолжал сидеть, облокотившись на стол и уставившись в одну точку.

Шанель нерешительно встала и скользнула к хозяину. Неуверенно дотронулась до его плеча, отчего он напрягся. Едва заметно, облегченно выдохнула — боялась, что Кай оттолкнет, — и занялась обычным в таких случаях на ее родине массажем. Пальчики шейты, забравшись под куртку, находили все проблемные места, разминали, даря тепло и отдых уставшему замотанному мужчине.

Не выдержала и прижалась грудью к его спине, чуть наклонилась и начала снимать мешавшие ей куртку и рубашку. Быстро справившись с помощью Кая, повесила одежду, скинула свою майку и продолжила массаж.

Она молча восхищалась шириной его плеч, играющими под кожей развитыми мускулами, накачанной грудью, которой уделила особое внимание. Потом прижалась к его спине обнаженной грудью, потерлась и ладошками скользнула к каменному прессу, поглаживая, разминая, соблазняя…

Заключив Кайсара в свой чувственный плен, Шанель начала медленно прокладывать губами дорожку от шеи к уху, оставляя язычком теплый влажный след.

Она сама не заметила, насколько сильно распалилась, пытаясь расслабить хозяина. Ласкала его обнаженное смуглое тело, так жадно касаясь, словно в последний раз и от этого зависит жизнь.

Кайсар откинулся назад, давая ей доступ к штанам, и Шанель тут же этим воспользовалась. Расстегнула ширинку, выпуская на свободу своего мучителя, своего благодетеля, того, кто дарует ей невероятное блаженство.

Увидев твердую, пульсирующую от напряжения плоть Кая, застонала от благоговения и радости, упав перед ним на колени и прижавшись к его бедрам лицом. Неожиданно ей в голову пришла шальная мысль, а точнее — желание поцеловать и эту мужскую гордость, доставившую ей столько удовольствия… Но Кайсар неожиданно, вздернув ее вверх, усадил на себя верхом, заставив вцепиться в свои плечи. А затем, обхватив ее ягодицы, несколькими быстрыми глубокими толчками завершил их слияние.