Властелин моих кошмаров, или Невеста на обмен

Только бы не разреветься!

Это все перебор. Огромный вархов перебор для заурядной простачки из Тарлина.

У левого уха шаркнуло пару раз и затихло. Мужик остановился. Ждал. Так, как будто знал, что я сижу тут, у самых его ног, и с аппетитом впитывал мой страх. Мое отчаяние, такое плотное, что ощущалось вязким дрожащим комом, распирающим грудную клетку.

– Фьёлла… – задумчиво протянул местный маг на певучем эшерском диалекте и погладил ладонью куст. – Ты будешь моей первой. Я давно тебя жду.

В глазах потемнело. Слишком давно не дышала и, кажется, была близка к потере чувств.

С другого бока послышались еще шаги, и мужик, недовольно сопя, пошел навстречу рыжему товарищу.

– В очередь. Я первый. Я не привык дели…

Остаток фразы поглотил странный булькающий звук. Беседу никто продолжать не спешил, и я все-таки судорожно вдохнула. Раз до сих пор не бухнулась в обморок, значит, уже не упаду. И на спасительную бессознательную черноту можно не рассчитывать.

На плече сомкнулась пятерня, выбив из груди жалобный стон. Меня резко выдернули из куста на свет и развернули к мужчине. К зеленым глазам. Не желтым.

– Грег?.

. – с ошеломленным облегчением выдохнула в его подбородок.

– В дом. Быстро. Сидите тихо, Софи. Я вернусь, – Грегори стиснул зубы и подтолкнул меня к краю леса.

Уговаривать не пришлось. Припустила так шустро, как даже в детстве не бегала. Только у самой пещеры обернулась и нашла глазами темный силуэт Кольта, хищно движущийся по редкому лесу. В его руке металлом сверкал ритуальный кинжал.

Я почти час просидела без движения. Оцепеневшая, одеревеневшая. Замотавшись в шаль, сжимая горящую палку и изредка меняя ее на новую.

– Успел? – тихо спросил Кольт, пошатнувшись в проеме.

 – Софи? Я – успел?

Я коротко кивнула, шмыгнула носом, отбросила палку обратно в костер и опустила мокрые глаза. Кошмар закончился, но терзало чувство, что страшное еще впереди.

– Вы сами-то целы? – я все-таки подняла на него лицо. Ну и что, что заплаканное. Любой бы разревелся в похожей ситуации.

– Жить буду, – фыркнул Кольт, и в теле резко распрямилась сжатая пружина, подбросив меня с соломы ему навстречу.

– Вас ранили? Куда? – нервно затараторила, осматривая его фигуру, по важному поводу упакованную в рубашку и пиджак.

 – Показывайте немедленно!

Вечно он раздет, когда не надо. И одет тоже, когда не надо. Невозможный мужчина. Чувство, что все делает назло. Но, может, мне просто кажется.

– Прекращайте тарахтеть, как сломанный маг-вояжер, – прохрипел он, пробираясь внутрь пещеры и устало присаживаясь к огню. – Сказал же: царапина.

– Этот рыжий вас ранил, да? – я стащила с него пиджак, под которым обнаружился красный рукав рубашки. Еще утром он был белым. Я схватилась за свою голову, судорожно стянув волосы у затылка.