Властелин Огненных Земель
Это — мир дождей и туманов, высоких замков и таинственных полумонашеских орденов, в коих из поколения в поколение передается умение улавливать чужую магию.Это — мир, где воины принимают имена Клинков и становятся клинками, защищающими тех, с кем связаны магическими Узами.Сила Уз, связующих Клинка с предназначенным ему «подопечным», — сильнее любой силы этого мира. И ныне великая сила Уз вынуждает мальчишку-Клинка не только бросить вызов могуществу королевской власти, но и отправиться в дальние и страшные Огненные Земли. В край темного и жестокого колдовства, безжалостных монстров и загадочных призраков. В край, где судьба заплутавшего может стать много ужаснее смерти. Ибо там — и только там — отвага и мужество юного Клинка определят грядущее, что ведомо ныне лишь Властелину Огненных Земель…
Однако Леофрик был лучшим папиным другом, единственным человеком во всем королевстве, которому позволялось задать сыну короля хорошую трепку и не сомневаться при этом в том, что король скажет ему за это спасибо. Так случалось в прошлом, и вполне могло повториться еще раз.
— Извини, дядя.
Изумруд на повязке блеснул зеленым отсветом.
— Ты что, дите малое, называть меня дядей и позволять себе глупости?
— Нет, маршал. Я свалял дурака. Я сейчас же иду к ателингу Вульфверу и успокою его. — Это не потребует особых усилий, ибо на то, чтобы беспокоиться слишком сильно, у того не хватало воображения.
Леофрик подумал и решил принять эти извинения без дальнейших замечаний.
— Верхний этаж. Мы нашли тебе отдельную комнату.
— Весьма польщен. — Вульфвер наверняка храпит как свинья.
— С очень маленькими окнами.
— О…
Леофрик поколебался, косясь на слушающего их разговор Ордлафа. Он явно не хотел, чтобы эта история стала всеобщим достоянием.
— Мне стоило бы доложить обо всем твоему отцу.
— У него сейчас и так дел выше головы, эальдор.
— Верно, поэтому я не буду делать этого, если ты дашь мне слово.
Радгару удалось поклониться, хотя его переполненному желудку это пришлось не по душе.
— Обещаю, что буду вести себя пай-мальчиком.
— Ладно, на первый раз… — сухо буркнул маршал.
Оба прекрасно знали, что прямые запреты действуют на Радгара, как красная тряпка на быка, но что он не нарушит слова, если дал его сам, добровольно. Подчиняться приказам Вульфвера? Он вошел в дом, чувствуя себя еще хуже.
В переполненном под завязку городе даже дом, выделенный под королевскую резиденцию, должен быть набит людьми, как рыбами в бочке. Из вестибюля можно было попасть в четыре комнаты и на лестницу.
Тьфу, и жарища же здесь стояла! Еще один пролет лестницы привел его под самую крышу, на территорию прислуги.
Помещение оказалось неожиданно просторным и не таким душным, как он боялся, поскольку оно тянулось на всю длину здания, и слуховые окна с обеих сторон обеспечивали вполне пристойное проветривание. В комнате имелись два стула, две узкие кровати и набитый соломой тюфяк, но еще в ней имелись Вульфвер, Фрекфул и Хенгест, валявшиеся на постелях обнаженными по пояс. С ними комната казалась тесной.