Вне закона
Кто я? Что со мной произошло?Ссыльный – всплывает формулировка. За ней следующая: зовут Петр, но последнее время больше Питом звали. Торговал оружием.Нелегально? Или я убил кого? Нет, не могу припомнить за собой никаких преступлений. Но сюда, где я теперь, без криминала не попадают, это я откуда-то совершенно точно знаю. Хотя ощущение, что в памяти до хрена всякого не хватает, как цензура вымарала.Вот еще картинка пришла: суд, читают приговор, дают выбор – тюрьма или сюда. Сюда – это Land of Outlaw, Земля-Вне-Закона, Дикий Запад какой-то, позапрошлый век. А природой на Монтану похоже или на Сибирь Южную. Но как ни назови – зона, каторжный край. Сюда переправляют преступников. Чистят мозги – и вперед. Выживай как хочешь или, точнее, как сможешь.Что ж, попал так попал, и коли пошла такая игра, придется смочь…
Или таинственный черный вертолет. Неважно. Это как «а давай из-за угла монстр!». А зачем? Да чтобы зритель подпрыгнул. Откуда монстр, зачем и почему – оно кому надо? А давай! А вот! А на!
Сколько там будет золота в мешках? Там может быть до тридцати килограммов, получается. Это все еще и уволочь надо. Хорошо, хотя бы золото тяжелое, по объему не так много места займет. А рюкзак прочный я с собой прихватил, должен выдержать."
"Вот вроде и лодочный сарай, и склад рядом, и дорожка вверх… под описание подходит. А как насчет дровяного сарая?
Дровяной должен быть ближе к разгрузке бревен, я думаю.
Чем ближе к «лесопильному» участку берега, тем сильней запах дерева, сырости, громче шум и стук, там работа кипит. Выше по берегу завывает лесопилка, попутно выбрасывая в небо клубы пара. Внимания на меня никто не обращает, не до меня, да и чего обращать? Что я, бревна воровать буду или что? Товар такой, что воров не опасаются.
Сколько «Пол Баньян» тут стоять будет? Да до завтра, наверное, последний плот быстро раскатывают. А что еще стоит в порту, к слову? Катер вон паровой, называется… как там написано? Ага, «Окунь», на русском. Встречал я его? Да так не помню, но это и неважно. Кто может на «Окуне» быть? Мамон со своими, например. Катер двухкаютный, какой я в Доусоне рассматривал, можно и пожить на таком…
Может, поискать их в городе? Зайти в основные места, в салун там, в бордель, оглядеться.
Но посмотреть стоит, стоит.
«Висельники»? А что «Висельники»? «Висельники» будут?
Не думаю. Они тут вроде как не по сценарию, золото-то Мамона… хотя они тоже боком задействовались.
По деревянным мосткам я протолкался через зону разгрузки бревен и в конце прохода столкнулся с «форменом» местных тружеников, то есть с бригадиром – высоким худым седым мужиком, что-то писавшим карандашом на листке бумаги, притянутом к фанерке.
– Долго разгружать еще будете? – спросил я максимально деловым тоном. – Когда буксир дальше пойдет?
– С утра пойдет, – ответил он, даже не оторвавшись от своих записей и на меня не глянув.

















